Три смерти Ивана Громака

Некоторые служащие, часто околачивающиеся в станционной курилке, у которой любил попрошайничать Иван, шёпотом поговаривали о тюремном прошлом тёти Тони, мол, у нашей буфетчицы не одна ходка за плечами, но это так – слухи, серьёзными государственными документами никто из них, естественно, не располагал.

– Так… Три ватрушки… – начал моряк.

– И три чая! – напускно пробасил Василий и так выглядевший значительно старше своих лет.

– Мне ещё, если, конечно, можно… Грамм двести любых конфет, – зарделся румянцем Охрим Терещенко, давно мечтавший набить брюхо загадочными кондитерскими изделиями.

(До этого момента в его недолгой жизни были отмечены лишь единичные случаи угощения сладостями из рук залётных богатеев, почему-то не очень часто попадавшихся на жизненном пути наших героев.)

Но новый знакомый, кажется, собрался переплюнуть их всех.

– Нет проблем, товарищ юнга, – он похлопал Охрима по плечу и повернул лицо к буфетчице: – Ну-ка, мадам, взвесьте полкило самых лучших, самых дорогих – шоколадных – для моих лучших друзей!

– Слушаюсь, товарищ капитан! – ухмыльнулась тётя Тоня.

– Да побыстрее…

– А волшебное слово? – пробормотала буфетчица, растягивая в улыбке и без того непомерно широкий рот, обрамлённый сочными мясистыми губами.

– Пожалуйста! – безхитростно и добродушно прищурился щедрый клиент.

* * *

– А вы, дяденька, и вправду капитан? – уметая за обе щеки вкуснейшую и свежайшую булочку с творожной начинкой, с плохо скрываемым восторгом в писклявом, ломающемся голосе поинтересовался Громак.

– Так точно. Капитан второго ранга Гущин. Алексей Матвеевич. Прошу любить и жаловать!

– Ух ты, – в унисон восторженно протянули пацаны.

– Направлен в Севастополь для дальнейшего прохождения службы после окончания Высшего военно-морского училища имени Михаила Васильевича Фрунзе! – лихо продолжил офицер и вдруг неожиданно спросил: – А вы, занимающиеся малопочтенными делами товарищи, не желаете ли послужить нашей Советской Родине?

Друзья озадаченно переглянулись.

– Желаем. Как пить дать, – за всех подписался старший из беспризорников – Василий.

Кавторанг ещё раз оглядел их с необидной усмешкой и подвёл итог разговору:

– Тогда милости прошу на наш корабль. «Красный Кавказ». Так он называется.

– Ур-ра!!! – неожиданно даже для самого себя выдал Громак.