Контракт со смертью

Но об этом как-нибудь в другой раз, а пока об иррегулярных подразделениях минобороны.

Говорят, что первый взгляд, как правило, ошибочен. И всё же было то, что сразу бросалось в глаза, из чего можно сделать вывод, и он оказывался безошибочен. Во всяком случае время подтвердило правоту первого взгляда. Это как стрельба навскидку: поймал цель в прорезь прицела и жми на курок – попадание почти стопроцентное. А если выцеливать, то и глаз устанет, и палец, и дыхание сорвётся, в результате вроде и цель отчётливо видишь, да только пуля мимо пройдёт.

Не знаю, как на других направлениях воевали эти отряды, но на нашем воевать в буквальном смысле им не пришлось. Говорят, что отряды резервистов-контрактников воюют умело и жестко. Правда это оценка уже поздних иррегулярных частей, занятых на изюмском направлении. Но эти первые Ясоны, Доки и им подобные здесь, на харьковском направлении, резко отличались от армии. Во всяком случае, формирования «первой волны». Они в чём-то неуловимо иные, чем их «однофамильцы» на Донбассе в четырнадцатом.

Да и были они поначалу во втором эшелоне, хотя тогда-то и первого, в принципе, не было. Он появился позднее, когда наши части вошли в боевое соприкосновение с подразделениями ВСУ, нацбатов и тербатов.

Что там неуловимо – уловимо и ещё как: те, донбасские четырнадцатого года, были идейные. Деньги – это не идея, это мотив. Так вот нынешние были мотивированы на материальную составляющую. Это была цель, для достижения которой все средства хороши, потому и продержались они всего пару-тройку месяцев, постепенно сойдя на нет.

Было что-то общее? Немного.

Так же замкнуты в себе. Так же носители и хранители доверенной им и только им великой тайны. Какой? Да не важно, главное – великой! Так же экипированы по самую макушку. Так же в «балаклавах», напрочь скрывающих лица. Те же острые, с прищуром, взгляды, недоверчивые, режущие. И всё же другие, какие-то суетные, куда-то исчезающие и откуда-то возвращающиеся с таинственным видом. Сторонящиеся местных – враги, блин, мочить надо через одного.

Во многом маргинальные, довольно циничные по отношению к закону, признающие только исключительно своё право на силу.

Но были – были! – среди них редкой алмазной россыпью идейные ребята. А может, и не так уж и мало их было. Может, просто затмевали их другие своей бравадой, своей показной и прущей недоброй силой. Большинство польстилось на обещанные две тысячи баксов в месяц плюс «боевые» – огромные деньги при скудости зарплат на гражданке.