Между мирами: Шестерни системы

 – Я бы тоже рад верить, но посмотри, – он взял в руки один лист и зачитал: – «высказывал неоднократно недовольство старшим братом, а также политикой, им проводимой». Подпись свидетеля имеется.

– А что же сам Сергей Николаевич? Он что-нибудь успел сказать в свое оправдание?

– Он еще не приходил в себя.

– Вот оно как, хм… Это же странно, разве нет?

– Человек напился. Отсыпается.

– Вторые сутки? – я почувствовал, что брови у меня сами собой поползли вверх. – К тому же с его здоровьем?

– Его здоровье сейчас волнует меня меньше всего, – Алексей Николаевич устало посмотрел на меня.

– Может быть, лучше повременить и дождаться, когда он придет в себя и сам сможет объяснить происходящее?

– Каждый час ожидания стоит нам слишком дорого. Хворостов арестован и вологодские дворяне вряд ли воспримут это иначе, как оскорбление, если окажется, что все это было сделано зря, если хоть кто-то подставит это все сомнениям – проблем будет очень много.

– Справедливостью тут и не пахнет, знаете ли.

– Максим, это все вообще несправедливо. Один, оказывается, всю жизнь считал, что его несправедливо не допускали к трону. Старшая дочь теперь хочет, чтобы ее жизнь что-то значила и тоже желает править. Осталось только Борису выделить губернию, чтобы он там правил. Аня среди них самая здравая, – он подпер рукой подбородок.

– Я поделился с ней мыслями, – ответил я сердито. – И не могу сказать, что мои доводы были лишены оснований. Но Григорий Авдеич заявил, что у вас есть для меня какое-то задание.

– Есть.

– Значит, мы тоже не придерживаемся больше старых планов? – уточнил я.

– Старых планов? Максим, боже, будь серьезен! Висит угроза масштаба всей Империи! Моя брат пойман среди заговорщиков, убит главный казначей.

– Я всего лишь уточнил.

– Уточняю здесь я, – отрезал император. – Будь добр, просто исполняй и все. Планы новые и…

В кабинет вошел Подбельский:

– Простите, я думал, что вы уже все.

– Григорий Авдеич, у меня уже сил нет, – взмолился император. – Помогите мне с объяснениями. Юношеское упрямство я в одиночку не преодолею.

– С дочерью справились, а здесь – тем более все получится.