Поговори со мной… Записки ветеринара

И маленькое тельце дрогнуло, шевельнулось…

Потом, несколько лет спустя, этот дымчатый комочек стал легендой улицы. Но это – другая история. А я почти пятнадцать лет спустя стал ветеринаром.

Между обычным и ветеринарным врачом имеется одно весьма существенное различие. Пациент может довольно внятно и подробно описать, что его беспокоит. А вот ветеринару приходится, что называется, читать по глазам.

Привычка читать по глазам неизбежно влечет за собой расширение внимания. Расширение внимания, в свою очередь, приводит к пониманию и постепенно подводит к той грани, за которой заканчивается твое собственное сознание и начинается окружающий мир.

В конце концов, граница тебя самого и окружающего мира незаметно стирается, и ты вдруг начинаешь ощущать себя продолжением всего сущего…

Жур и Журка

В дверь зоопарковской ветлечебницы, где я сидел за столом и писал, кто-то настойчиво постучал.

– Да-да! – ответил я, продолжая заполнять амбулаторный журнал.

Никто не ответил. За дверью было тихо, и я снова погрузился в свои мысли.

Рабочий день начался очень рано и не очень весело. Рано – потому, что я любил приходить на рассвете, когда еще в зоопарке из служителей почти никого нет. А не весело – потому что во время утреннего обхода на дальнем пруду зоопарка, где обитала парочка журавлей-красавок и с десяток разных уток, обнаружили тушку журавля с перегрызенным горлом. Это была Журка – именно так звали пострадавшую журавлиху. Пруд, на котором это произошло, был небольшой и совсем неглубокий.

Журавли с видимым удовольствием его периодически бороздили вдоль и поперек, аппетитно при этом чавкая клювами по воде. На мелководье водилось много мелких рыбешек и головастиков.

Набив полный клюв, журавли задумчиво поднимали головы и стряхивали улов в пищевод. По берегу пруда рос высокий и местами довольно густой тростник, где журавли могли спокойно прятаться от посторонних глаз. Иногда смотришь – вроде на пруду никого нет. А приглядишься – журавль! Настоящий.

Красивый.

Журавли любят уединение. И здесь, в этих маленьких тростниковых джунглях небольшого пруда, им было очень комфортно.

Журку обнаружила птичница – апа Нюра, так звали эту маленькую, немолодую, но очень проворную женщину. На работу она обычно приходила, пожалуй, раньше всех. По крайней мере, когда приходил на работу я, она уже была в трудах (и к этому времени она обычно уже обладала всей информацией обо всем произошедшем в зоопарке за минувшую ночь).