Дмитрий Донской

Ворот суровой рубахи был разодран, но рубаха, и порты, и обужа облегали мужика складно и, видно, были одеваны первый раз. На пальце его сверкал перстень.

«Что за человек?» – подумал гонец.

Но Воря-река текла невдалеке, а нож за голенищем наточен справно.

– Эй, брате, поднес бы испить! – сказал гонец.

– Не во что набрать. Напейся сам.

Гонец пораздумал и тяжело слез с седла. Разминая ноги, перекинул коню через голову повод, чтоб и коня попоить. Они подошли к воде и рядом вошли в реку; гонец повыше, конь ниже по течению.

Мужик, всклокоченный, волосатый, сурово и молча смотрел на них. Почудилось ему: «А може, из тех. Меня ищут?»

Выждав, пока напьются, он спросил:

– Далеко ль путь?

– В Троицу.

– На богомолье?

Гонец обиделся: от самого князя скачет, письмо везет. Вот что значит лесной человек – не смыслит другого человека. Надо бы сразу догадаться.

– Нет, от самого Митрия Ивановича, всея Руси.

«Вона что…» – смекнул мужик.

– Милостив, что ль, к тебе Дмитрий-то Иванович?

Гонцу почудилось, что мужик как бы насмехается над ним.

– Щедр, велик, многомилостив, – ответил он.

– А что-то одежинка твоя – не с княжеского ль плеча? – усмехнулся мужик.

Верно, одежина у гонца незавидная, но оружие привозное, не малого стоит. Да и не мужику в такие дела вникать.

– С княжеского али нет, твое дело стороннее! – прикрикнул на него гонец.

Сомнения не оставалось: из тех.

– Знатно ответил. Ты уж не в боярах ли у князя служишь?

И подумал: «Видно, не опознал. Я тогда шел опрятно. А может, и опознал, да таится?»

– Стороннее твое дело, говорю. Пень ты лесной, а мыслить тщишься!

– А ты, вижу, даже и не тщишься?

– Не книгочей, не чернец, а воин, воину ж розмыслы в голову кидаются, головную хворь вынуждают.

– Эна как! Сам-то московский?

– Коренной.

– Поди, и дом у тебя там каменный?

– Он хоть и не каменный, а уж худей твоего навряд ли будет.

– А у меня ни нового, ни кленового, где ежжу, там и служу. У тебя, поди, и жена в Москве?

– А как же!

– Красавица?

Воин смолчал.

Мужик пододвинулся ближе.

– Поди, есть у тебя и малые детушки?

И не успел гонец вымолвить ответ, мужик сшиб его сильным ударом и вскочил ему на грудь.

Рука гонца потянулась к голенищу за ножом, но колено мужика наступило на руку пониже локтя.