Между Мирами

– Как скажете, – ответ ему не понравился явно, но виду он не подал.

– Куда его на работу устроим? – обратился теперь Коняев к ростовщику.

– Ко мне, разумеется! Если у молодого амбициозного человека нет других желаний.

– Губернаторский кабинет? – пошутил я.

Взрыв хохота раздался с обоих сторон. Настолько громкий, что с берез во дворе с карканьем взлетели несколько ворон.

– Ох, умора, – вытирал глаза Коняев. – Уж не в кресло ли самого губернатора собрался?

– А ведь он может, – прищурился немец.

 – У него много талантов. Лет так через десять может и станет. Знакомства уже полезные завел. Все, как надо делает.

– Меня и нынешний губернатор устраивает, – закончил смеяться полицейский. – А до этого молодчика в его кресле еще дожить надо.

Он оставил в документе росчерк, взял круглую печать, шумно дыхнул на нее и ударил по странице. Стол он, к счастью, не пробил, как и сам паспорт.

– Только знаешь, Дитер, случай такой, что надо бы в паре реестров страницы переписать.

Денег стоит.

– Мы с тобой сочтемся, Модест Никодимыч, сочтемся попозже. Не хочу тебя нагружать перед встречей с твоей… кто у тебя сегодня? Любушка? Варя?

– Все-то тебе знать надо, черт германский, – по-доброму пропыхтел Коняев. – Возьми, – протянул он мне паспорт. – И больше не теряй! – громко добавил он, потому что раскрылась дверь и в кабинет вошел один из работников. – Хлопотно это, документы оформлять. Да не забудьте фотокарточку вставить! Дверь напротив!

Глава 33.

Следующий шаг

Я оставил этих личностей обсуждать свои дела. Скорее всего, именно моя фигура была для них наиглавнейшим предметом обсуждения. Пусть болтают.

В кабинете напротив дремал лысенький маленький человечек. Завидев меня, да еще и без сопровождения, он встрепенулся, но потом, когда я объяснил ему ситуацию и продемонстрировал свежий документ за подписью Коняева, успокоился.

– Садитесь, я пока настрою все, – зевая во весь рот проговорил он.

Что поделать, процедура, похоже, не меняется совершенно.

Я сел на жесткий табурет, сильно отличавшийся от мебели в кабинете Модеста Никодимыча. Неловко поерзал, пытаясь найти положение более удобное, но его не существовало.

Лысенький мужичок настраивал небольшой фотоаппарат. Я почему-то представлял его старинным и громоздким, но устройство больше походило на наш пленочный Зенит размерами. Но не видом.

К тому же аппарат стоял на треноге, а на полке – еще какое-то устройство.