Два в одном

Помассировал ее, восстанавливая кровообращение и тут же заметил, что на ладони нет ни единой царапины от стекла. Удивленный, парень протер это место большим пальцем, но кожа была целой – ни единого прокола.

– Что это за фигня… – простонал он, чувствуя, как проваливается в забытье. – Это же…

И он лишился сознания, так и растянувшись внутри перевернутого автомобиля. Но эти твари забрались даже в сон. В нем он подъезжал к маленькому придорожному кафе. Заляпанные кровью витрины и перевернутые урны создавали жуткое впечатление пустоты и заброшенности.

Через мгновение картина сменилась. Он снова за рулем, а на пассажирском сиденье девушка. Довольно миленькая. Она повернула к нему лицо, но вместо него – только кровавая каша.

С диким воплем Дмитрий проснулся, дернувшись и в который раз ударившись о элементы салона. Через проем для лобового стекла виднелся догорающий закат. Парень затих и прислушался. Было тихо.

Он осторожно высунулся, покрутил головой, оценил обстановку.

Выбравшись, Дмитрий выпрямился и отряхнулся. В отличие от таинственным образом зажившей ладони его пепельно-серый костюм восстановлению не подлежал. Он уже и так прилично запачкался, а дальше портить свой внешний вид в его планы не входило.

Странный сон был смутно знакомым. Как дежа вю, только он совсем не мог вспомнить, где и когда могло происходить нечто подобное.

Конечно, в прошлом ему доводилось «работать» с людьми. Ведь ни один крупный бизнес не может быть построен без насилия, шантажа или откровенного криминала. Но с придорожной закусочной в его памяти ничего не было.

Дмитрий вышел на дорогу и еще раз посмотрел по сторонам. Стена, которую теперь никогда не достроят, сменила цвет с серого на чуть желтоватый, в тон закату.

– Проклятый город, – процедил он сквозь зубы и зашагал прочь.

Все было бы гораздо проще, останься у него телефон. Но странно – он точно помнил, что, когда последний раз покидал свой кабинет, сотовый был у него с собой. А сейчас все карманы оказались пусты.

Череп пронзила острая боль, такая, что вынудила парня опуститься на колени. Он схватился за голову и часто задышал, стараясь не издавать никаких звуков, чтобы не привлечь этих тварей.

Боль исчезла так же внезапно, как и появилась.