Мата Хари. Подлинная история легендарной шпионки XX века

Отца Рудольфа звали Джон Ван Бринен-МакЛеод. Он был отставным капитаном голландской пехоты. Мать Рудольфа звали Дина Луизе, баронесса Свеертс де Ландас, обедневшая дворянка. Когда Рудольф вернулся в Голландию, ему было уже 38 лет. Он родился 1 марта 1856 года.

МакЛеод сделал прекрасную военную карьеру. Уже в шестнадцать лет он пошел по стопам своего отца и вступил в армию. Через четыре года стал сержантом. В 1877 году он добрался по служебной лестнице до звания лейтенанта. Вскоре после этого, в двадцать один год, его направили в Голландскую Восточную Индию.

Сумрачная и порой тяжелая реальность колониальной армии требовала офицеров с твердым характером. Только такие могли пробиться. Начиная с двадцати одного года Рудольф МакЛеод без перерыва прослужил семнадцать лет в колонии рядом с самыми ужасными типами. Эта жизнь сформировала его и сделала твердым как сталь. Его манера разговора полностью выработалась в казарме и на плацу. Его третья жена, я встретил ее в 1932 году и много часов с ней беседовал, описывала Рудольфа как «жесткого несентиментального человека, всегда называвшего вещи своими именами, неотесанного, но честного солдата с золотым сердцем».

В мае 1890 года ему уже предоставили двухлетний отпуск. По его собственной просьбе этот отпуск несколько сдвинули. Но в 1894 году он уже не мог избежать возвращения домой. Семнадцать лет службы в колонии не прошли даром для его здоровья. Он страдал от сахарного диабета. Еще больше мучили его постоянные приступы ревматизма. Когда он 27 июня 1894 года покидал Восточную Индию, на борт парохода «Принцесса Мария» его несли на носилках.

Пока он отдыхал в Амстердаме, на восточно-индийском острове Ломбок, к востоку от Бали, началось восстание. Сообщения о боях были расплывчатыми и подвергались жесткой правительственной цензуре. Голландская пресса стремилась за непосредственной информацией. Журналист Й.Т.З. Де Балбиан Ферстер, писавший в начале 1895 года в ежедневной амстердамской газете «Ниус Ван ден Даг», попросил свою редакцию достать для него имена всех офицеров, вернувшихся из колоний.

За чашкой кофе в уютном амстердамском «Кафе Америкэн» Де Балбиан Ферстер однажды заметил, что МакЛеод не такой человек, как все. В шутку он попытался проанализировать это его состояние в разговорах с друзьями Рудольфа.