Стать писателем пьес. Мастер-класс

Стать писателем пьес. Мастер-класс

Семен Злотников

При желании, всякий способен сообразить пару тройку занятных сюжетов и назваться ДРАМАТУРГОМ. Достаточно нескольких долек ума (понятно, чем больше, тем лучше!), элементарного честолюбия (и не элементарное сойдет!), тяги прославиться (тоже сгодится!), охоты разбогатеть (ну, это еще как получится!), очарования волшебным миром театра (волшебным, что правда – то правда!).

Но чтобы создать свой театр, подобный театрам Софокла или Шекспира, потребуется предъявить миру нечто покруче мудреных амбиций.

Книга Семена Злотникова, пьесы которого за полвека обошли сцены всех континентов и остались живыми, помимо сугубо практических советов по ремеслу, дарует еще один главный, бесценный…

Содержит нецензурную брань.

Семен Злотников

Стать писателем пьес. Мастер-класс

Семен Злотников – писатель пьес

В мировой драматургии в целом и в русской, в частности, можно выделить определенные временные этапы. Их чередование выстраивается по амплитуде: есть периоды длительных застоев, за которым следуют взлеты и победы.

Оглядываясь назад, застойные периоды мы игнорируем, а ориентируемся на вершины: античность, Шекспир, Мольер, Гоцци – Гольдони, Бомарше, Ибсен… И на этой широкой мировой драматургической картине, возвышаются два русских пика: Островский и через полвека Чехов.

Не буду анализировать или, тем более, сравнивать этих авторов. Приведу лишь известную цитату из Александра Николаевича, свидетельствующую, что в его понимании драматургия – театр, а не литература: «Публика ходит в театр смотреть хорошее исполнение хороших пьес, а не саму пьесу: пьесу можно и прочесть».

Чехов вывел этот тезис на максимальный уровень, создав пьесы принципиально нового типа. Парадокс, но именно Чехов-драматург создал ситуацию, в которой драматургия утратила свое главенство. В театре появились режиссура, сценография, сочинение спектакля, где текст становился его частью. Возник абсолютно новый театр.

История русской драматургии после Чехова также сопровождалась взлетами – Горький, Булгаков, Маяковский… А далее по Хармсу: «Когда же все это кончится? Тут все и кончилось».

На протяжении длительного времени советский театр – единое конъюнктурное «болото» от Немировича-Данченко, Погодина и Корнейчука до Виктора Розова. Равнина с невысокими кочками без взлетов.

В 60-е годы появляется Александр Вампилов – фигура уникальная, особенная, до сих пор неразгаданная.