Страж раны

Где-то наверху по-прежнему гремела стрельба, но пули неслись в другую сторону – тот, кто был в засаде, отбивался от бойцов, подобравшихся к его убежищу.

Через несколько минут несколько всадников, держа оседланных коней в поводу, отстали, чтобы дождаться своих. Остальные, во главе с Джором, поехали дальше, вновь перейдя на спокойную рысь.

Вскоре отряд остановился и спешился, правда чаю не варили и держались настороже. Похоже, остановка нужна была лишь для того, чтобы подождать отставших и дать отдых коням.

Косухин страдал – табак, включая последние крошки из карманов, кончился. Он огляделся, с изрядным пессимизмом отметив, что никто из бойцов Джора не курит. Поразмышляв минуту, Степа направился к одиноко сидевшему в стороне чеху.

– Слышь, товарищ, – нерешительно начал он, – у тебя того… Ну, табачку…

Чех улыбнулся, пошарил в кармане зеленой шинели и достал нераспечатанную пачку папирос «Атаман» с портретом врага трудового народа Семенова, выполненным в три краски. При виде знакомых папирос Степа оттаял.

– Спасибо, браток! Я две штуки возьму. Для капитана…

– Бери все, брат-вояк! – вновь улыбнулся легионер.

Обрадованный Косухин еще раз поблагодарил и не смог удержаться от следующего вопроса, на этот раз куда более серьезного:

– Ты, товарищ, видать из чехвойска?

– Был, – на этот раз на лице подпоручика не было улыбки. – До… как это по-русски… апреля прошлого года. Можно сказать, отвоевался, брат-вояк.

– Так чего ты здесь? Ехал бы домой, отдыхал…

– Отдохну, – так же серьезно кивнул чех, – но сначала нужно помочь другу.

– Правда, – кивнул Косухин. Чех ему понравился. – А кем ты до войны был?

– Гимназистом. Из старшего класса призвали. В пятнадцатом…

Их глаза случайно встретились, и вдруг Степе стало страшно. Такой взгляд он уже видел. Видел – и не забудет до конца дней…

Арцеулов, все еще переживавший последний бой – и тот, который видел Косухин, и тот, что видел он сам, закурил почти без всякого удовольствия, и лишь потом догадался поблагодарить Степу за папиросы.

– У чеха взял, – пояснил Косухин, не вникая в подробности. – Хороший, видать, парень…

Вскоре послышался топот копыт, и показались отставшие. Степа, пересчитавший всадников, с удовлетворением отметил, что и в этой схватке отряд не понес потерь. Его доверие к командиру Джору заметно выросло.

Солнце клонилось к горизонту, а они все еще ехали по бесконечной долине.