Ты, уставший ненавидеть

– …Вижу, Арвид, вам не нравится Коктебель!

Альбинос подкрепил свое умозаключение мощной затяжкой, на миг окутавшись целым облаком табачного дыма. Тот, кого называли Арвидом, медлил с ответом, лениво подбрасывая на ладони мелкие камешки.

– Уверен, вы предпочитаете Ниццу…

Сделав такой вывод, альбинос отчего-то дернулся, сбросив махровое полотенце на подстилку. Впрочем, он тут же поспешил восстановить порядок, водворив его на розовые, не принимавшие загара плечи.

– Ницца? – крепыш медленно поднял голову и оглядел окрестности так, словно видел их в первый раз. – В Ницце неплохо, Василий Ксенофонтович.

Он вновь замолчал, затем неожиданно добавил:

– Но здесь тоже хорошо.

Альбинос вновь дернулся, поддержал спадавшее с плеч полотенце и тщательно загасил окурок.

– А мне показалось, что вам здесь скучно. Вы даже на Карадаг не смотрите.

– Я туда смотрю, – Арвид повел крепким подбородком в сторону противоположного конца бухты, где тянулась цепь невысоких гор, закрывавшая вид на близкую Феодосию.

– Ну, я вас не понимаю! По сравнению с Карадагом…

– По-моему, это очевидно, – на этот раз крепыш не замедлил с ответом. – Карадаг, он слишком… лакированный. А там, в этих серых холмах, что-то есть. Тускула…

Странное слово прервало на минуту беззаботный разговор.

– Да, похоже. Во всяком случае, если верить фотографиям. Только там холмы черные.

– Черные…

Арвид еще раз взглянул на далекие горы, и по его бесстрастному лицу скользнула легкая, еле заметная усмешка. Его собеседник тоже усмехнулся, но уже широко и беззаботно.

– И все-таки вы не правы. Карадаг – не лакированная картинка.

Арвид наконец соизволил бросить беглый взгляд на Черную гору.

– Может быть… Вы с ним, с Волошиным, здесь познакомились?

Василий Ксенофонтович охотно кивнул и вновь улыбнулся, словно это воспоминание доставило ему явное удовольствие.

– Как раз десять лет назад. Я пришел к нему с тетрадкой стихов. Так сказать, к мэтру.