Волонтеры Челкеля

Трубчанинов – и это знали все – пил крепко, но теперь он был трезв, и эта странная, неживая бледность на всегда румяном и самодовольном лице адъютанта не понравилось Арцеулову даже больше, чем все, происходящее вокруг.

Трубчанинов тихим, невыразительным голосом попросил минуту обождать, скрылся в кабинете, но почти сразу же вернулся и попросил зайти.

Арцеулов хорошо помнил кабинет Верховного, украшенный огромным Андреевским флагом, с гигантским столом из мореного дуба и раскладной английской койкой у окна.

Внешне здесь тоже ничего не изменилось, да и Верховный, насколько успел заметить Арцеулов, выглядел как обычно. Гладкое лицо тщательно выбрито, волосы аккуратно разделены «вечным» офицерским пробором, разве что яркие прежде губы стали какими-то серыми, а под глазами легли темные круги.

Услыхав рапорт, Верховный лишь кивнул, не поднимая головы. Он сидел за столом, глядя куда-то перед собой. Прошла минута, другая, Арцеулов уже хотел напомнить о себе, но адмирал внезапно поднял голову, пружинисто встал и вышел из-за стола.

– Какое сегодня число, капитан?

Вопрос был настолько неожиданным, что на мгновенье Арцеулов лишился дара речи. Казалось невероятным, что Верховный потерял счет времени. Впрочем, Ростислав быстро пришел в себя.

– Четвертое января, ваше высокопревосходительство! Если по большевистскому календарю.

– Ладно, – лицо адмирала дернулось, словно он попытался усмехнуться. – Сойдет и большевистский… У вас три дня, капитан. К седьмому числу вы должны быть в Иркутске…

Ростислав отчеканил: «Так точно», мельком соображая, как можно попасть в Иркутск из нижнеудинской западни.

– В Иркутске вы найдете генерала Ирмана. Он начальник научного отдела военного министерства…

Арцеулов вспомнил рассказ Любшина. Со вчерашнего дня в Иркутске не было никакого военного министерства, там заправлял эсеровский Политцентр, который едва ли окажет ему помощь в розысках. Похоже, адмирал подумал о том же.

– Все знаю, капитан. Но вы должны найти генерала Ирмана в любом случае.

Найти и передать ему письмо. Вы меня поняли?

– Так точно, – повторил Арцеулов.

– В письме будет только условный знак. На словах предадите следующее: «Приказываю завершить проект „Владимир Мономах“. Руководитель проекта прибудет к двадцатому января. В случае неудачи все должно быть уничтожено». Повторите!

Арцеулов слово в слово повторил послание. Адмирал несколько секунд стоял неподвижно, а затем поднял глаза на Ростислава.