Уходящие в Вечность. Часть 1

Об этом он советовался со своими приближенными, но действий пока никаких не предпринимал, словно чего-то выжидая. Ибрагимбек несколько раз посылал Хакимбеку письма, в которых звал его в свои ряды. И пока было неясно, что же в конце концов решит курбаши и куда повернет судьба их отряда.

Рамазан мало задумывался о том, что будет делать дальше Хакимбек. Он пришел сюда для того, чтобы воевать до тех пор, пока на этой земле не останется ни одного большевика или пока не погибнет шахидом. Другого пути нет и не будет. Главное – это победа, победа над красными, победа над захватчиками земли мусульманской.

Он присягал на верность Хакимбеку, положив правую руку на Коран и на хлеб.

А это значит, что он и будет со своим курбаши до конца. К кому Хакимбек примкнет, с кем он будет делить тяжелую военную долю, Рамазану пока было все равно. Он не имел права вмешиваться в решения сильных мира сего.

И о будущем Рамазан старался не думать. Потому что ни в чем не было уверенности. В своих мечтах он видел победу муджахидов, свободную Бухару… Но… Все это было очень далеким и таким несбыточным, словно мираж на горизонте.

Тогда в сознании возникало прошлое.

Это была совсем другая жизнь, жизнь, как сладкий сон – его золотое детство и беззаботные дни, где не было места ужасам большевистского нашествия, войне, крикам и стонам раненых. Родной дом, сад, уроки с любимым учителем… Берега Волги, лодки, рыбаки… Городской сад, где часто по вечерам военный оркестр играл вальс «Амурские волны», музыку его юности.

И, конечно же, его первая любовь, так трагически и неожиданно оборвавшаяся.

Да и было ли это все на самом деле или только приснилось, пригрезилось во время одной из тех коротких передышек, которые случаются между боями?

Прошлое кралось за Рамазаном, как тень, следуя за ним через тропы и перевалы. И стоило забыться и отвлечься от суетных, неотложных дел, как оно становилось полным властителем его мыслей и дум. Но воспоминания эти не приносили отдыха измученной душе. Они только ранили ее, как осколки – осколки разбившегося мимолетного счастья…

Холодная ночь проплывала медленно, словно нехотя.

Новые звезды восходили над вершинами гор с одной стороны неба, другие исчезали за линией Вахшского хребта с противоположной стороны. До утра было еще далеко. Рамазан не дождался Максуда, который в середине ночи должен был сменить его. Сон все-таки завладел им. Но спал он чутко, настороженно. И мелькали перед ним во сне отрывочные картины его прошлой жизни.