Конец

Надо сказать, он не сделал ничего, что считается предосудительным за обеденным столом, за исключением одного момента – чуть склонил голову к вилке, которую подносил ко рту. Миссис Марини отреагировала мгновенно, не отрывая при этом взгляд от Рокко:

– Чиччо, будь любезен, не лезь всем рылом в корыто.

– Прошу прощения, – произнес тот, выпрямляясь.

Ему, как собаке, нравится повиноваться – но к чему эта критика? Мальчику нужно кого-то слушаться. Значит, его имя Чиччо; Рокко мысленно сделал пометку.

Мальчик снова собрал тарелки и вернулся из кухни с салатом. Время за трапезой текло крайне медленно. Рокко не мог вспомнить, когда последний раз садился с гостями за стол со скатертью, соусником и прочими атрибутами. Чиччо собрал тарелки и на этот раз вернулся с сыром и персиками. В окно ворвался ветерок. Прозвучала благодарность Всевышнему за вчерашнюю грозу, прервавшую четырехдневный ступор природы, на этот вечер тоже были обещаны грозы.

– Но это такой долгий путь, мистер Лаграсса, и всё в одиночестве, – говорила она.

– Я ведь смогу увидеть всю большую счастливую страну.

– И это, несомненно, важно, так что возьмите место у окна.

– Мне так хочется увидеть полянку с красивыми цветами, остановиться и нарвать букет.

– Но вы, я полагаю, никогда не ездили за рулем на такие расстояния.

– Я хотел сказать, – вмешался Чиччо, – на днях вы поворачивали у моста…

– Я видел тебя, – подтвердил Рокко. Парень был среди тех сорванцов, которые бросают в реку ржавые запчасти от старых автомобилей и щебень.

– Да, вы поворачивали, и я услышал, как внутри авто что-то лязгнуло.

– Вот машина сломается в какой-нибудь глуши, и что будете делать со своими цветами? – спросила мадам.

– Мне кажется, у вас сломалась одна из опор двигателя, – продолжал Чиччо. – Вы поворачивали, возможно, двигатель вращался в другую сторону, вентилятор качнулся вперед, и, вероятно, он коснулся кожуха и радиатора.

Рокко пережевывал кусок персика, сложив руки на столе и не сводя глаз с мальчика. Наконец он проглотил.

– Разумное предположение, но нет.

Вытянув руку, он пристроил косточку на край тарелки мальчика.

– Значит, я ошибся?

– Это не поломка. Хочешь, расскажу?

– Да, разумеется.

– Эту штуку я сам придумал, – заявил Рокко, спрашивая себя о том, как осмелился класть мусор на чужую тарелку. Внутреннее «я» отозвалось мгновенно.