Великий гунн

Вы объявите завещание в день моей смерти и никаких возражений не принимать! А сыновья Мундзука должны быть готовы… Приведите ко мне Бледу и Аттилу, да так, чтобы никто не узнал об этом.

Ругила устало прикрыл веки.

– …Тем более, на Совете могут поднять вопрос о передачи власти кому-то из моих родных братьев, что владеют задними землями[27 - Задними землями древние тюрки и их предшественники называли Запад, передними – Восток.], – собравшись силами, добавил каган, – но они давно оторвались от гуннского народа, и не живут его делами.

Бледа и Аттила в серых длинных кафтанах до пят с прикрывающими голову башлыками, в каких ходят камы, вошли в покои Ругилы.

Братья совершенно не похожи между собой. Первый – светловолосый высокий молодой человек своей внешностью производил благоприятное впечатление. Другой – среднего роста с темными волосами и рыжеватой бородкой проигрывал брату. Но его карие, глубоко посаженные глаза источали внутреннюю силу и решимость, чего не было у Бледы.

Чувствовалось в нем нечто такое, что невольно вызывало уважение. Это не в первый раз отметил про себя Ругила, предполагая – именно Аттиле со временем предстоит взять на себя полноту власти. Долго два человека не смогут управлять одной державой! Пока же более уравновешенный Бледа нужен горячему и отчаянному в боях младшему брату.

– Вы знаете, для чего приглашены?

– Да, великий хан! – ответили братья предупреждённые Орестом о целях визита к умирающему повелителю.

– Хорошо, – удовлетворенно заметил слабеющий каган, вновь замолчав, – так тяжело было ему говорить. – Вам предстоит продолжить дело, завещанное мне великим Баламиром и повелевать от имени Неба на этой земле. Мои сыновья того не заслуживают да и вряд ли сумели бы. Вы, сыновья Мундзука, имеете те же права на управление народом, как они… Вам передаю власть!

Каган замолчал, прикрыв веки. Молчали и остальные присутствующие, терпеливо ожидая продолжения…

Ругила открыл глаза.

– Помните! Гунны непобедимы в боях. Вечное Синее Небо дает нам силу! И заботой о благе нашего народа, но не богатстве должны руководствоваться вы в помыслах и поступках! Тем же должны жить ваши воины. Богатство растлевает душу… Стремление к роскоши и удовольствиям губит не только вождей, но и народ!

Каган вновь замолчал на время, за тем неожиданно произнёс:

– Я всё сказал. Можете идти.

– Мы поняли, великий хан! – за двоих ответил Бледа.