Пока Париж спал

Сэм только научился ходить, но еще некрепко стоял на ногах и иногда падал. Помню, как бежала перед ним, чтобы в случае чего поймать.

Осталось десять минут. Я спускаюсь вниз и снова брожу по комнатам. Наконец открываю входную дверь. Яркий солнечный свет ослепляет, и я возвращаюсь за шляпкой. Пока я иду по садовой дорожке, чуть ли не впервые, задаюсь вопросом: почему американцы так любят оставлять двор открытым, не обносят его забором или кирпичной стеной? Кто угодно может подойти прямо к дому и заглянуть в окно.

Это так сильно отличается от французских дворов, всегда окруженных высокой стеной или густыми кустами, которые как бы сообщают незваным гостям, что их здесь не ждут.

Жан-Люку нравится здешняя открытость. Он говорит, то, что произошло во Франции, здесь бы никогда не случилось, потому что здесь все честны друг с другом. Никто бы не сдал своего соседа и потом не побежал бы прятаться за закрытой дверью, пока того арестовывают. Мне не нравится, когда он так идеализирует свою новую родину.

Не могу избавиться от ощущения, что это предательство по отношению к Франции. Годы голода, страха, лишений – эти вещи могут превратить хорошего человека в плохого.

– Чарли! – Мардж зовет меня со двора напротив, прерывая мои мысли. – Где ты была сегодня? Мы пили кофе у Дженни. Мы думали, ты придешь.

– Извините. – Мое сердце замирает, и я прикрываю рот тыльной стороной руки, чтобы скрыть ложь. – Мне нужно было съездить за покупками. Я ездила в «Лаки».

– Что? Ты поехала в такую даль? Мне казалось, ты ненавидишь эти гигантские супермаркеты.

Надо было сказать. Я бы съездила с тобой.

– Извини, что пропустила кофе.

– Ничего. Мы собираемся у Джо в пятницу. Слушай, я хочу попросить у тебя кое о чем. Ты не могла бы забрать сегодня моего Джимми? Мне нужно отвезти Ноа к врачу. У него температура, и мне никак не удается ее сбить.

– Конечно.

Я пытаюсь улыбнуться, но чувствую себя так, будто предаю соседей, которых знаю много лет.

– Спасибо, Чарли!

Она широко улыбается.

Пока иду к школе, вспоминаю, как тепло к нам отнеслись соседи, когда мы только приехали в Санта-Круз девять лет назад. В течение первой недели нас пригласили в гости не только на аперитив, но и на барбекю. Меня до глубины души тронуло то, как местные собираются компаниями, их громкие, веселые голоса, уверяющие, что они так счастливы познакомиться с новой семьей. Жан-Люку дали огромную кружку пива, мне – бокал белого вина, как только мы вышли во двор.