Виртуозы смерти, или Крик палача

Когда стражники вышли из камеры, прикрыв за собой дверь, он подошел ближе к узнику.

– У вас такая просторная камера, что есть место прогуляться. Давайте отойдем, – негромко сказал он и прошел дальше, показывая рукой, чтобы узник следовал за ним. Они встали у противоположной от двери стены и приблизились друг к другу.

– Честно говоря, я не должен этого говорить, но из уважения к вам не имею права молчать, – почти шепотом сказал тюремщик.

– Я слушаю вас, дорогой Орей. Вы знаете, я тоже всегда вас уважал. Знал и говорил, что вы порядочный человек.

– Так вот, казнь ожидали через десять дней, но сегодня утром передали странный указ. А гласит он, что узник, – он показал рукой на собеседника и тут же продолжил: – должен содержаться в строжайшем положении, один и без еды. А самое главное, постоянно держать готовыми шесть стражников для конвоирования.

– И как думаете, что это значит?

– А значит это, дорогой Корро, только одно. Казнь может состояться в любой день. Понимаете, в любой. И я ничего изменить не смогу.

– Я понимаю, – задумчиво ответил Корро.

– А теперь у меня к вам вопрос. Вы долгое время были подле короля и знаете очень многих. Вы наверняка знаете множество интриг королевского двора. Вы же друзья с господином Леграном. Да и Луис Вебер вас знает.

– Да, это так. Вы, Орей, спрашивайте без подходов, напрямую, а то не пойму, что вы хотите знать.

– Что ж, спрошу прямо. Вы знаете палача? Просто раньше все палачи были в нашем дворе, а уже около года этот страшный человек берется ниоткуда и уходит в никуда.

– Палача? Нет, этого палача не знает никто. Его знает только сам король. Я много раз спрашивал и хотел узнать, кто это, но он так и не сказал. А зачем вам, дорогой Орей? Неужели вы хотите убить палача?

– Нет, что вы! Просто, как вам известно, двое других палачей отказались от своего ремесла, еще один умом тронулся, а последний в монастыре грехи искупает. Столько казнить, сколько желает король, не каждому под силу. У нас же скоро за одно слово казнить будут.

– Да, в этом я с вами соглашусь. В ваших словах есть доля бунта, но никому ничего не скажу. А откуда взялся этот палач, я не знаю. Его лица никто не видел. Даже самые близкие друзья короля, которых с каждым днем остается все меньше, не знают, кто прячется под маской. И еще, – узник приблизился и продолжил, шепча на ухо начальнику тюрьмы: – Никто не знает, откуда он его взял, и все при дворе его боятся ужасно.

– Вот и я об этом. Это страшный человек.