Виртуозы смерти, или Крик палача

– А если его повезут по улице, которая ведет к костелу? Почему он думает, что повезут по той?

– Не знаю, но думаю, ему можно доверять.

– Хорошо, мы обсудим это. У меня будет просьба к вам, Луиджи. Вы уж будьте любезны, оставайтесь здесь, в трактире, и никуда не пропадайте. До казни четыре дня, так что дождитесь нас, мы появимся. Весь план предстоит еще раз обдумать.

– Хорошо. Себастьян надеется, что друзья не бросят его.

– Передайте женщинам, что скоро вернусь! – сказал Гастон и, попрощавшись, ушел.

– Луиджи, а где Гастон? – вышла из кухни Габриэла.

– А, так это был не Жан? Ушел, сказал, что они вернутся. Мне велено здесь их дожидаться. Только сколько дней, не сказано.

– Тогда открывай дверь и принимайся за работу! Иди на кухню, там мясо разделать! – скомандовала кухарка, и жизнь трактира закипела как обычно. До вечера так никто и не появился. Только перед самым закрытием в трактир вошел посетитель. Он сел за небольшой столик, рассчитанный на двоих, откинул голову назад и прислонился спиной к стене.

– Габриэла, Габриэла, пришел! – зашла на кухню Изабель.

– Кто пришел?

– Иди, иди, посмотри! – И девушка потянула кухарку к дверному проему кухни.

– Господи Всевышний! А этому что опять тут надо? – перекрестившись, тихо спросила Габриэла.

– Не знаю. Но надо, наверное, спросить?

– Да вот еще! Прогнать его, и все дела! А то точно беду к нам принесет!

– Так нельзя, Габриэла! Пойду, спрошу, – ответила Изабель и вышла в зал.

Он устало сидел, безвольно опустив руки, раз за разом проваливаясь в сон.

– Здравствуйте! Что-то давно не заходили, – подошла Изабель.

– Здравствуй, милая Изабель. Жизнь бродяги похожа на жизнь бездомного пса, которого мало кто кормит. Я не хотел приходить, не раздобыв денег. А сегодня я заплачу за ужин, – тяжело улыбаясь, ответил бродяга.

– Что вы, мы бы и так дали вам поесть.

– Меня-то за что? Я с теми господами расстался здесь, у трактира, и больше мы друг друга не видели. А что ваш дядя, Изабель?

– Он до сих пор в тюрьме. А по указу короля на субботу назначили казнь. За что – непонятно. Он очень хороший человек, он для меня как отец. Не знаю, как быть.

– Да, это все печально.