Виртуозы смерти, или Крик палача

– Ага, на тюремной соломке кто угодно понравится! – съязвила кухарка и тут же продолжила: – Вот о чем вы с ним разговариваете?

– Обо всем. Он спрашивал меня про семью и почему меня воспитывает дядя.

Габриэла замерла с тестом в руках и, повернувшись к Изабель, спросила:

– И что ты ему рассказала?

– Не бойся, ничего лишнего не рассказывала.

– Ой, смотри, Изабель, язык любви мешает, а беду кликает! Прикипишь к нему душой, честь свою девичью подаришь и все тайны словно веником выметешь. А страдать всем придется.

Если что, никого не пощадят, помяни мое слово, когда языком почесать захочется.

– Да знаю я все! Не дурочка, знаю, что говорить, а чего не надо, – сердито ответила девушка.

7

Холодный осенний ветер кружил и уносил опавшую листву. Отворились тяжелые высокие ворота, и на тюремный двор въехали пятеро всадников. На четверых были надеты длинные темно-бордовые накидки и дорогие шляпы с закрученными с боков полями. У каждого на поясе была пристегнута шпага. Четверо остались в седлах, а один быстро спрыгнул с коня и потрепал рукой гриву.

От остальных его отличала одежда и специальная, сшитая из нескольких кусков ткани красного и черного цвета, маска, полностью закрывавшая лицо и шею. Черная накидка с капюшоном зловеще смотрелись на фоне ярко-розового заката на небе. У дверей здания тюрьмы стояли пятеро человек, двое из которых были стражники.

– Господин Легран, я, если честно, сам уже боюсь, – негромко сказал начальник тюрьмы.

– Этот слуга дьявола заставляет трепетать многих, господин Крюшо, – так же тихо ответил Легран.

– А вы, господин Крюшо, наберитесь смелости и скажите ему, что сами справитесь, без его помощи, – съязвил третий мужчина.

– Вам легко говорить, дорогой Луис, вы для него неприкасаемый, – еще тише произнес начальник тюрьмы.

– Я разочарую вас, дорогой Крюшо, для этого господина неприкасаемых нет. Я иногда думаю, что он и короля может спокойно обезглавить. Я много раз спрашивал у короля, где он его нашел, но так и не дождался ответа, – сказал Легран.

– Господи Всевышний! Неужели это человек?

– Человек, человек, Крюшо, но без всяких эмоций и условностей. Я его раньше так близко не видел, сегодня первый раз.

– Запомните, Луис, лучше бы его вообще не видеть. А вы, дорогой Крюшо, перестаньте дрожать, в конце концов, он приехал не с нами разбираться, а узнать то, чего мы не смогли узнать, – глядя вперед, все так же тихо сказал Легран.

– Господин Легран, а ведь он молод.