Отличная история

– «Я понимаю, что ты наслаждаешься этим, также как и я, и что это возвышает тебя в твоих собственных глазах, и, возможно, мы были созданы, чтобы осуществить это священное зачатие (В ноябре 1871 г. Е. М. Долгорукова была беременная от Александра II сыном, который родился 30 апреля 1872 г.), перед которым все бледнеет.

Не могу утешиться, что ты не заметил меня вчера, когда шел в Институт, что же касается наших bingerle, они волшебны. Я обожаю болтать с тобой, оставаясь в постели, и надеюсь, что Бог не оставит меня в моих родах, которые пугают меня ужасно, о чем я тебе уже говорила.

– Начиная с 1872 года, ведется отсчет совместным, с Долгорукой, детям, которых Александр, после смерти императрицы и заключения морганатического брака с Долгорукой, узаконил.

Теперь присмотримся к приведенным фактам попристальнее.

Летом 1866 года девица Долгорукая вступает в интимную связь с, вполне себе дееспособным, как мужчина, Александром. Несмотря на их активную половую жизнь, первый ребенок появляется у пары лишь спустя шесть лет (что странно). Возможно, этому как-то способствует полугодовая разлука (что сомнительно, более того, отмечается, что в 1867 году страсть вспыхнула с еще большей силой), а может быть какие-то передовые, для того времени, способы предохранения при bingerle (что тоже странно, ибо Александр, судя по количеству только известных, оставленных внебрачных, детей, особо не опасался вероятных последствий совокупления).

Таким образом, напрашивается вывод, что в Италию Екатерина отправилась в конце 1866 года вовсе не с глаз долой, из сердца вон. Родила она там их, с Александром, первенца, которого, правда пришлось сразу отдать куда подальше и навсегда (совсем навсегда – не получилось) забыть.

Рожала она тогда в таких муках, что только надежда на присутствие при родах любимого «придаст… смелости и поможет терпеливо вынести ожидающую меня боль».

В мае 1867 года в Париже, был решен вопрос о будущем новорожденного.

Его тайно вывезли на окраины Российской империи и (как получается – традиционно в истории российского императорского дома в XIX веке) «передали» еврейской семье Гельфанд.