Если смерть проснется

 – Я ведь тоже люблю глюпого маленького Войчу! Но ты можешь быть доброй, а старый Хальг должен быть злым! Когда конунг велит умирать, воин обязан не думать, а идти на пир в Золотой Дворец.

– Тогда проводи меня, наставник!

Войчемир осторожно отстранил Кледу и достал меч. Жалкий скрамасакс против двуручника – просто смешно. Но чтобы умереть с оружием в руках, годился и скрамасакс.

– Я не вернусь в поруб, наставник! – Войча усмехнулся, как учил его когда-то Хальг и медленно расстегнул фибулу, чтобы длинный плащ не мешал двигаться.

 – Убей меня – я здесь!

– И меня тоже! – Мислобор выхватил меч и стал рядом с дядей. – Убей меня, палатин! Я не умею драться – ты это знаешь! Но я Кей, сын Светлого, и отец заплатит за мою голову много серебра! Так много, что тебе даже не унести! Бей, Хальг! Сокол!

Войче стало страшно. Не за себя – тут все ясно. Но парнишка не должен пострадать! Это его, Войчемира, бой!

Плащ упал на землю. Войча встал в стойку, пытаясь вспомнить, чему учил наставник. Очень давно, много лет назад, он спросил у Хальга, что делать, когда у тебя скрамасакс, а у врага – двуручник.

Хальг долго смеялся: «Что? Очень-очень быстро убегать! И даже еще быстрее!» Но сейчас убегать некуда…

Лодыжка стоял неподвижно, словно не видя Войчи, затем тяжело вздохнул:

– Два могучих Кея против одного старого Хальга! Маленький Войча хочет убить Хальга, который много-много лет вытирал его грязный нос! Вы убьете меня, и я не увижу свой гардар, не постою у могилы отца, не построю дом, чтобы, мирно, на склоне лет, уйти в Золотой Дворец! И это мне за долгую-долгую службу вашей очень великой Ории!

Войча знал – вояка шутит.

Менее всего сканд собирался умирать от старости на берегу родного фиорда. Смерть для таких, как Хальг, могла быть единственной – в бою, с мечом в руках. Но шутка звучала страшновато. Чтобы убить Войчу, Лодыжке нужно лишь один раз взмахнуть двуручником, в крайнем случае дважды – для верности.

– Ты не хочешь пожалеть меня, маленький Войча? – Хальг отступил на шаг и положил меч на землю.

 – Нет, нет, не убивай меня, грозный страшный Кей! Пощади старика! И ты, добрая Кейна, попроси для меня пощады!

В голосе сканда по-прежнему звенела насмешка, но Войча внезапно увидел – путь свободен! Хальг отошел в сторону, его страшный меч лежит на земле! Все еще не веря, Войчемир шагнул ближе, затем еще… Хальг глядел куда-то в темное, затянутое тяжелыми облаками небо, длинные мускулистые руки были сложены на груди. И Войча, наконец, понял.