Аргентина. Крабат

Мистер Мото прав, он продает не винтовки, не сказки про пришельцев с Венеры. Гордыня, конечно, смертный грех, но если не слишком часто, по чуть-чуть… Война кормит войну, лишние рейхсмарки карман не тянут. Но разве в них только дело?

Доктор Эшке оглядел притихший зал, поправил капюшон синей мантии, которую надевал перед каждой лекцией, без особой нужды поглядел в темный потолок. Все? Да, пожалуй, все. За кульминацией – развязка. Она может быть всякой, но чаще всего приходится отвечать на вопросы, причем одни и те же.

– Завтра мы узнаем много интересного, господин Эшке. И, прежде всего, лично о вас… Дамы! Господа! Прошу всех оставаться на своих местах и не делать резких движений!..

Полутемный зал, три силуэта возле открытых дверей, за ними – еще двое. Все в штатском, но полицию всегда узнаешь.

– А вы, господин Эшке, прекращайте ваш цирк!

Вольфанг Иоганн Эшке крепко обиделся.

Цирк, говорите?

Глава 2

Цирк доктора Эшке

1

Сигарета никак не хотела загораться.

– Arschgefickter Weihnachtsmann![36 - Персонаж негативно оценивает сложившуюся ситуацию.] – рассудил горный стрелок Хинтерштойсер.

В штаб батальона Андреас забежал после ужина. Уго Нойнерн уже поджидал – отвел в сторону и объяснил, что делать, предварительно уточнив сумму, полагавшуюся ему за хлопоты. Сошлись на сорока марках, и Хинтерштойсер мысленно похвалил собственную бережливость.

Писарский план был прост. Вечером, после отбоя, вражина-обер-фельдфебель отбудет из части по семейным делам и вернется лишь на следующий день к вечеру. Замещать его станет тоже фельдфебель, но обычный, без «обера». Этот ничего не разрешит, но и запрещать не будет, а отправит по начальству – прямиком в батальонный штаб. Все прочее Нойнерн брал на себя – и разрешение на отпуск в связи с женитьбой, и нужные числа на бланке.

Писаря – люди незаменимые, никто их не любит, но все им должны.

Хинтерштойсер план полностью одобрил, хотя и знал, что недели не хватит. Все равно спохватятся и начнут искать. Но не сразу, а это уже неплохо.

Ударили по рукам. Андреас, считай, от чистого сердца воздал хвалу писарской мудрости. Нойнерн, слегка возгордившись, заявил, что отпуск – дело нужное, однако простое, на месяц ареста.