Аргентина. Квентин

Далекое римское начальство предписало всем оказывать содействие, здраво рассудив, что шпионам в этих глухих местах поживиться нечем.

Уолтера, однако, не слишком прельщала перспектива скучать в Баргарата-Мармарола. От станции до подножия Волка, судя по карте, восемь километров. Если бы не вещи, он бы просто прогулялся, взяв с собой лишь фотоаппарат. А так оставалось только ловить попутку, не авто, так повозку на конской или даже ослиной тяге. Сержант умерил его оптимизм: в нужную сторону жители поселка ездят хорошо если раз в день.

Подумал, махнул ручищей – и заявил, что свозит гостя на мотоцикле. Туда и назад, потому что возле Волка одному делать нечего, особенно на ночь глядя.

Вещи Уолтер решил захватить с собой – целее будут.

Мотоцикл оказался швейцарским «Кондором», последняя модель с мощным двигателем и удобной боковой коляской. Сержант не без гордости заметил, что это трофей, но от подробностей воздержался. Усадив гостя в коляску, сам грузно опустился на сиденье, надел большие лётные очки.

– Готовы, синьор? – трубно воззвал он. – Тогда вперед! Marciare non marcire!..

7

…Склон, кустарник, узкая тропинка. Сперва идет полого, затем резко вздымается вверх, пропадая среди зелени. Вот снова вынырнула… Пропала. Дальше – только склон, кусты все реже, серые проплешины наползают, смыкаются. Камни… Побольше, поменьше, вот уже и скала. За ней – снова тропинка, узкая серая ленточка.

Обрыв! Ровный, словно ножом срезанный. Здесь, вероятно, и взрывали. Сколько футов? Под сотню? Больше?

Что выше, не понять.

За обрывом гора как будто отступает, резко идет ввысь. Вот и вершина, неровная, словно волчья голова. Уши, вздернутый нос. Где же Пасть? Нет никакой Пасти!

– Не видно ее отсюда, – дохнул под ухом сержант. – Там, если старым планам верить, площадка шагов на двадцать во все стороны. А за нею стало быть подъем прямо к ней. К Пасти этой.

Уолтер отдал бинокль, поблагодарил, протер уставшие глаза. Что поехал, не жалел, но увиденное не слишком заинтересовало.

Все, как и было обещано: долина, горы вокруг, Волк-гигант под самое небо. Сыро, прохладно, комары жужжат.

– И чего ж тут изучать, синьор сержант?

Никола Ларуссо сделал строгое лицо, полез в нагрудный карман.

– Вот, синьор Перри. Прислали.

Листок бумаги, узкие поля, густой текст с двух сторон.

– Здесь по нашему, по-итальянски, а ниже по-немецки. «Феномен Bocca del Lupo в контексте межкультурных связей народов Центральной и Южной Европы».