Беларусь – моя судьба

Человек с жизненным опытом не напрашивается в наставники, не лезет с поучениями. Он не стремится абсолютизировать свой личный опыт, а значит, широко, доверительно смотрит на окружающий мир.

Его мудрость «не богатство человека, обедневшего на целую молодость», а итог, к которому приходит поэт. Время учит и мудрости, и оптимизму. С высоты своего собственного опыта, жизненного и духовного, видны пройденные дороги. Поэт вдумчиво, сосредоточено всматривается в себя, в свою судьбу и в судьбу людей. Он ищет нравственную опору и находит ее координаты в красоте человеческих взаимоотношений, в доверии:

Тады анёл мой недзе плакаy,

І плакала душа мая,

Дык лёсу лепшага адзнака

Была даверлiвасць твая.

…

Сыдзi y мае глухiя лёхмi,

Падай спатольнае вады, —

І хопiць мне тае падмогi,

Каб адкаснуцца ад бяды.

Все наблюдения, раздумья выкристаллизовались у поэта в ясную и законченную форму – без иллюзии, без самообмана. Он всматривается в себя, в окружающий мир, всматривается пристально, заглядывая в самые потайные уголки.

М. Стрельцов поэт медитирующий. Каждое новое стихотворение отличается новой глубиной мысли и силой чувств. Он не прибегает к внешним эффектам, не ищет легких ответов. Схожее движения души находят у него совершенно разное воплощение:

А будзе нас, калi i без нагоды,

А проста так, ад шчодрасцi быцця,

Успомняцца ранейшыя нятоды

Раней нязнанай мерай пачуцця.

Размышляя о времени, о смысле существования, о жизни и смерти, о страдания, одиночества отчуждения и обреченности, зрящий дух поэта вглядывается в окружающий мир и создает свой метафизический мир, неподвластный опыту человеческого бытия.

Из глубин полосатого чувства поэт смотрит на «шчодрасць быцця», на «Раней нязнанай мерай пачуцця», на то, «што гняло варожай варажбой» без скептицизма. И хотя ему тоже присуще ощущение умудренности, у которой много имен, и о которой человек думает с грустью, его грусть «подасцца смуткам – скрухай пераспелай, а yвоголе – харошаю журбой».

Грусть поэта по-особому светла. Светла его печаль. Его печаль, как бы с других миров пришедшая. Неземная печаль – словно как бы плавающая по волнам космического океана, «па тым усiм шхо гэтым Шляхам Млечным \спыве ракой – шумлiваю слязой». Эфирная – как шорох ветра, еле потрагивающего до спокойной глади воды.