Ноктюрн

Потому что Двенадцатая ночь – это языческий праздник Йоля, ночь, когда открыты врата миров и ночь рождения нового жизненного цикла.

Вот )

А на самом деле, – потому что мы сами так решили, когда-то давным-давно.

До завтра, моя маленькая.

Знаешь, это таинство, когда на белом листке вдруг оживают слова… Они похожи на стайку воробьев – редко сразу бывают в согласье, спорят, кто из них прячется, кто водит )

Главное – это видеть. На белом листе я чувствую что-то – сегодняшний вечер, тебя – но все это, как видения.

Сначала было как-то так:

Холодный ветер, стынут лужи,

Ты зябнешь, легкое пальто…

…

Я не пытаюсь оценивать эти строчки, как стихи. Это именно видения. И если ты читаешь – ты можешь видеть эти миры моими глазами.

Вгляделся, протер волшебное стекло )

И вот мозаичное окошко развиделось в мир наших чувств. Это о нашей прогулке, конечно.

Под каблуками рвутся лужи

И льдистый вспыхивает край:

Сто лет назад – я был простужен,

А ты хотела карнавал…

Кружила жара суета

Венецианское палаццо –

На гобелене наша тень

Столетье будет волноваться.

У нас еще не все детали ясны – за нашим волшебным стеклом. Но вполне видны мы… ты смотрела на меня сейчас такими чистыми девичьими глазами.

И мы выходим из столетней тени. Я верю твоим глазам и твоим губам.

Я люблю тебя.

Ах )))

Раз напав на тему )))

Вот еще стихи о простуде )))

Вымучен ангиной до хрипоты,

До зеленых блеклых фонарей,

Где через пустую площадь кто-то

Чуть бредет за выдумками фей,

Я судьбу не перестану каркать

И болезнь, как Фауст, страстно длю:

Лейтесь слаще, капельники марта!

В горле – катастрофа. Я люблю!

37

Утро сегодня пасмурное, а у меня на чердаке над головой – там окошко слуховое, и голуби по утрам воркуют иногда.

Как будто день – сырой и серый,

Но видишь, – сном окаймлены,

Рассвета голубые вены

Сложились в облике любви,

И голубиное наречье

Всё сплетничает об одном:

Все наши будущие встречи

Смешались в имени твоем.

Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя ))))

Нет, вот так:

Я люблю тебя!!!

Нет, вот так:

Наташа, любимая моя девочка. Ты мне очень нужна, – потому что смысл жизни был потерян.