Записки лжесвидетеля

 – Но это же у него так получается: русские, видите ли, полноценны, а евреи – всего лишь их подсознание…

– Да чего же ты мне приписываешь всякую бредятину, которую я не говорил? Между прочим, мне просто вспомнилось, как кто-то сказал, будто Россия – это подсознание Европы. Так что ж, по-твоему, из этого следует, будто я согласен, что европейцы полноценны, а русские – унтерменши?

– Ну, вы, конечно, лукавите, Слава, – продолжает посредничать Борис Иванович. – Сознание, подсознание – все это игра словами.

– Да почему ж поганец? Наоборот – интересно… Борис Гройс, вроде бы…

– Ну так для немца мы, конечно, недочеловеки…

– Какой он, к черту, немец? – всерьез обижаюсь я. – Такой же, как из вас – китаец!

– А что? – уже откровенно веселится основательно желтокожий, с черными прямыми волосами амурский казак. – Думаете, у меня нет китайской крови? Не китайская – так корейская, не корейская – так бурятская.

– У всех русских понамешано. Покажите мне хоть одного расово чистого русского!

– Тебе, может, еще справку из гитлеровского института по расовым исследованиям принести? – не удерживается Леха.

– Да вы оба, кажется, с ума сошли! Слова уже в простоте сказать нельзя…

– А ты думай, прежде чем говоришь!

– Да что же я сказал такого?

– Ой, Слава, – пытается нас успокоить Борис Иванович, – такого сказал или не такого – лучше вообще на эту тему ничего не говорить, а если уж говорить, то честно и до конца.

– Это как же? – сразу интересуется внук комиссара-либерала.

– А вот этого я вам, Алеша, и не скажу. А то мы с вами или поссоримся или до конца срока спорить будем. А я этого не хочу.

– А я не боюсь с вами поссориться. Еще чего! Говорите что хотите. Я, между прочим, сижу за то, чтобы всякий мог высказывать любые свои убеждения, даже если…

– …и «готовы отдать жизнь за то, чтобы»…

– …да, за то, чтобы! Даже если я их не разделяю!

– Но чтобы я мог эти убеждения высказать?

– Именно так, и это самые великие слова, которые когда-либо были произнесены!

– Вольтер?

– Да, Вольтер! Я, между прочим, совсем не вольтерьянец.