Жизнь Микеланджело

Мысль о гробнице была брошена, и Микеланджело не только был унижен, но оказался в долгах, вследствие издержек, сделанных для работы[36 - «Когда папа переменил фантазию, а барки с каррарским мрамором прибыли, мне пришлось самому заплатить за фрахт. В то же время каменотесы, выписанные мною для гробницы из Флоренции, прибыли в Рим, и так как я оборудовал и обставил для них дом, который Юлий мне отвел за св. Екатериной, то я оказался без денег и в большом затруднении…» (Вышеприведенное письмо от октября 1542 г.

Епископ Луккский, присутствовавший при этой сцене, сказал конюху:

– Разве вы не знаете его?

Конюх сказал, обращаясь к Микеланджело:

– Простите меня, сударь, но я получил такое приказание, и должен его исполнить.

Микеланджело вернулся домой и» написал папе:

«Святой отец, по приказу вашего святейшества меня прогнали сегодня из дворца.

Он отослал письмо, а потом призвал купца и каменотеса, живших у него, и сказал им:

– Найдите какого?нибудь еврея, продайте все, что у меня есть в доме, и приезжайте во Флоренцию.

Затем он сел на лошадь и уехал[37 - 17 апреля 1506 г.]. Папа, получив письмо, послал вслед за ним пятерых всадников, которые нагнали его около одиннадцати часов вечера у Поджибонои и передали ему следующее приказание: «Немедленно по получении сего ты вернешься в Рим под страхом моей немилости».

Микеланджело ответил, что он вернется, когда папа сдержит свои обещания, а в противном случае пусть Юлий II оставит надежду увидеть его когда-нибудь[38 - Весь этот рассказ – точная выдержка из одного письма Микеланджело от октября 1542 г.].

Он послал папе следующий сонет[39 - Я приурочиваю его к этой дате, как наиболее правдоподобной, хотя Фрей, без достаточного, на мой взгляд, основания, относит его к 1511 г.

Синьор, коль верить поговоркам старым,

Так той: «Кто может, тот лишен желанья».

А ты на сплетни обратил вниманье,

Источник наградив всей лжи и сварам.

Слугой твоим я был и буду старым,

Я прикреплен, как луч, в твоем сияньи;

Тебе же: нет меня – все не страданье,

Тем хуже я, чем большим полон жаром.