Муссолини и его время

Бытовые проблемы и разность характеров не помешали Бенито и Ракеле Муссолини состояться в качестве семьи, «фамилии». Избранница Бенито проявила себя как примерная жена. Довольно красивая в молодости, она до конца жизни оставалась простой крестьянкой, так и не научившейся «женским премудростям» горожанок. Но Ракеле вовсе не была простодушной или слабохарактерной. Как мы помним, мать Муссолини тоже умела добиваться своего, не подвергая сомнению авторитет мужа, – так было и здесь. В тех редких случаях, когда Ракеле считала, что семье угрожает опасность, она действовала со свирепой решимостью, как правило, заставлявшей мужа уступать.

Так, после первого же инцидента ей удалось искоренить дурную привычку Бенито приходить домой в сильном подпитии, попросту пообещав убить его в случае рецидива. И она своего добилась – такого себе он больше не позволял. Хотя к алкоголю, как и к еде, Муссолини был, в общем-то, равнодушен. А вот заставить «убежденного социалиста» окрестить новорожденную дочку она тогда не сумела – опасения Муссолини потерять лицо на глазах у соратников оказались сильнее уговоров жены.

В остальном разногласий у них не было: Ракеле рожала детей, с удовольствием занималась домом, не лезла в политику и смотрела сквозь пальцы на не опасные для семьи любовные интрижки своего супруга. Наверняка много мужчин сочли бы такой подход к семейной жизни идеальным. Возможно, Муссолини и раздражала порой ограниченность круга интересов его жены, но, как известно, полностью идеальные браки – большая редкость.

Покончив с бытовой неустроенностью и сведя количество любовных связей на стороне к минимуму, Муссолини с неизменным удовольствием проводил свободное время дома, в кругу семьи, и только события 1943–45 гг. разрушили этот крепкий дом.

Там же, в своих воспоминаниях, Ракеле справедливо отмечала: «Инстинкт… подсказывал мне, что в моих чувствах к нему есть что-то материнское… он это сознавал и любил меня за это». В общем, жена Муссолини выгодно отличалась от его прежних любовниц тем, что всегда «разделяла его гордость, восхищалась и хвалила его».

Муссолини оценит это и, уже будучи премьером Италии, станет довольствоваться женщинами из среды аполитичных жен чиновников или поклонниц, не имеющих за душой «идеологического стержня».

…

В сентябре 1910 года Муссолини от социалистов города Форли поступило заманчивое предложение – не возьмется ли он редактировать еженедельный журнал? Конечно же, Бенито сразу согласился.