Муссолини и его время

Портрет, следует признать, получился малопривлекательным: низкий лоб, невысокий рост, темные круги под глазами… Не слишком ценное приобретение! Однако для Муссолини армейский опыт оказался очень позитивным – удивительно, но социалист, еще вчера клеймивший «наемных рабов капитала», теперь был на хорошем счету у своих командиров. Более того, Муссолини получал от военной службы определенное удовольствие и не только не считал свою службу бессмысленным делом, но обещал посвятить свою жизнь борьбе с «германскими варварами» и другими врагами страны, буде они вновь пожелают сделать Италию частью своих империй.

Так он писал своему командиру, благодаря за предоставленный в связи со смертью матери отпуск.

Этот взрыв анти-австро-германских настроений говорит не только о наличии у Муссолини военной жилки, но и о том, что еще задолго до его «великой измены делу социализма» его глубинные представления были весьма далеки от умозрительного социалистического интернационализма. Для этого он всегда был слишком итальянцем.

Впрочем, тогда он вполне мог успокаивать свою социалистическую совесть тем, что все итальянские революционеры и бунтари так или иначе выступали против власти австрийских императоров или германских королей, как это сделал знаменитый революционер и патриот Джузеппе Гарибальди, боровшийся за объединение Италии с австрийцами и отправившийся в 1870 году сражаться с немецкими войсками на юге Франции.

Вопреки всем опасениям ограничения армейской службы оказались не столь уж суровыми – напротив, достаточно длительные отлучки позволяли Муссолини заводить новые и недолговечные романы.

И один только социализм надолго выпал из перечня его интересов – Муссолини словно позабыл о двух годах, проведенных им в Швейцарии.

Наконец, осенью 1906 года, время службы подошло к концу, и перед демобилизовавшимся Муссолини вновь встал вопрос поиска места работы. Поразмыслив, он решает вернуться к преподаванию. Для местных властей он – бывший солдат короля, а следовательно, лицо благонадежное.

В сентябре 1906 года Муссолини занимает место школьного учителя в небольшой деревушке Толмеццо, неподалеку от итало-австрийской границы.

Неужели этот вечный смутьян наконец-то успокоился? Но те, кто мог так считать, безнадежно ошибались – Муссолини и не думал «браться за ум». Возобновились попойки, любовные приключения и ночные праздношатания. Казалось, что с него слетели весь полученный в эмиграции лоск и воинская дисциплина.