Город любви 05

В комнате для гостей койки не было, посередине стоял большой стол, вокруг которого располагалось несколько стульев, на стене висела большая карта Приволжского военного округа.

– Раздевайся, – хриплым голосом произнес Завьялов и выключил свет.

В комнате воцарился серебристый полумрак от светившей в окно неполной луны. Сердце Игоря колотилось с удвоенной силой, в горле пересохло, на лбу выступил пот. Он приблизился к девушке, от нее пахло табачным дымом и дешевыми духами.

– Раздевайся, – повторил солдат, видя, что девушка даже не пошевелилась.

– А я с тобой не хочу. Ты мне не нравишься, – отозвалась из полутьмы Люба.

Игорь поначалу сделал шаг назад, но врезавшиеся в память слова Кирилова, что девушки приехали на КПП не просто так, толкнули его вперед.

– Раздевайся!

– Я не буду с тобой, сопляк!

Люба больше любила горячих кавказских парней. Те бы уже давно надавали ей затрещин и повалили на пол. В тринадцать лет ее впервые изнасиловали купавшиеся на речке пацаны, и теперь Люба воспринимала любовь именно так: отказ, боль, соитие.

Слова Любы задели Игоря. Значит, с Козленко или Востриковым она бы была, а с ним нет. Одним движением он подмял девушку под себя, и они оказались на полу. Задрав юбку, солдат попытался стащить с Любки трусы, но девушка, ухватилась за них двумя руками. Все попытки разжать цепкие девичьи кулачки Завьялову не удавались. Девушка с задранной юбкой и солдат с полуспущенными штанами катались по полу, а Кирилову, прижавшемуся ухом к двери, казалось, что там происходит что-то потрясающее.

Наконец, Игорь додумался перевернуть девушку на живот и стянуть с нее трусы. Худенькая, маленькая задранная попочка подействовала на очень возбудившегося солдата как палец, давящий на курок автомата. Он успел только ткнуться наугад в оголившуюся девичью промежность и тут же излился мощными толчками, выбрасывая потоки так и не узнавшего женщины семени.

Завьялов натянул штаны и выскочил из комнаты. Ему было стыдно, что он фактически так и не расстался со своей девственностью.

За дверью уже стоял ефрейтор Камобеков, знавший особенности Любиного характера и почесывающий кулак.

– Ну как, Завьялов, понравилось? – ухмыляясь, спросил Кирилов. – Пойди проссысь, а то неизвестно с кем эта Любка до тебя кувыркалась.

Игорь вышел на свежий воздух. Тело еще поламывало от приятных ощущений. На другой стороне плаца возле складов показалась фигура дежурного по части, осматривающего замки и пломбы на дверях.