Молодой

Золотое дитя – так она называла его ещё потому, что локоны мальчика в солнечных лучах отливали золотом. Лексикон, манеры общения и речи, а также духовный мир маленького рыжего Ромы с каждым новым годом жизни стремительно позитивно обогащались. Во многом, благодаря чтению художественной литературы. «Как хорошо, что в нашем доме так много книг! Спасибо папе и маме, ведь именно они собрали все эти книги в семейной библиотеке… Вай! Это же настоящее сокровище!» – благодарно, искренне радовался Рома, взяв в руки очередной фолиант, терпко пахнущий кожей и типографской краской.

Иногда чуткое обоняние мальчика улавливало некие специфические оттенки ароматов, источаемые книгами, которые он не мог однозначно идентифицировать. «Что это? Может быть, духи или одеколон? Или ландышем они так волшебно пахнут?» – гадал Рома, удобно расположившись в тени виноградника, на циновке, постеленной на плоской крыше бани. У мальчика было много разных укромных уголков и в доме, и за его пределами, где он мог уединиться для чтения.

Предаваться любимому занятию он мог, например, на шиферной крыше – в тени огромного абрикосового дерева, раскинувшего зелёный шатёр из листьев над родным домом. Часто Рома возлежал в развилке из огромных ветвей этого дерева, с книгой в руках.

Многие книги на титульном листе имели дарственные надписи и автографы, оставленные, видимо, далёкими пращурами. В предвкушении новых впечатлений и разнообразных положительных эмоций Рома, окончив чтение одной книги, сразу же переходил к освоению содержания другой.

Иногда начинало уже смеркаться, а он всё читал… «Эй, Маугли, пора ужинать!» – обычно так его звала к столу мать.

Из книг, как божественный нектар из магического сосуда, он черпал некую жизненную энергию, весьма благотворно влияющую на него и дающую новые силы к познанию мира. Ему казалось, каждая книга обладает свойственной только ей аурой… Так, изо дня в день, Рома с упоением зачитывался произведениями Редьярда Киплинга, Явдата Ильясова, Рафаэлло Джованьоли, Роберта Льюиса Стивенсона, Марка Твена, Анны и Сержа Голон, Артура Конан Дойля, Эрнеста Хэмингуэя, Карлоса Кастанеды, Василия Шукшина, Александра Степанова, Максима Горького, Новикова-Прибоя, Тургенева, Куприна, Бунина и многих, многих других авторов.

Мальчика завораживал шелест страниц… «Интересно… Они будто разговаривают со мной, только… шёпотом!» – думал Рома.