Вертолетчица

Над страной неслась тройка Мишка, Райка, Перестройка. Капуста рассказывал Наташе, что весной они поженятся, и она тоже станет Капустиной, но весной они не поженились, а в начале лета обучение Александра в ПТУ завершилось. Он объявил ей, что еще не нагулялся и не готов к семейной жизни.

Капустин уехал по распределению в Новый Уренгой, из которого сначала часто, а потом все реже приходили письма с северными зарисовками.

Ну, здравствуй, Новый Уругвай

Сашка Капустин и Александр Чарлин летели из Тюмени в Новый Уренгой.

Ну, здравствуй, Новый Уругвай,

Скорее ноги раздвигай.

Друг раздражал Капусту, у которого уже второй день было ужасное настроение после прощания с Натальей Павловной, училкой из ПТУ. Она устроила ему в аэропорту саратовские страданья, не желая отпускать в Новый Уренгой.

– Новый Уругвай, вроде бы он, а ты поешь, ноги раздвигай, – недовольно поправил Александр друга.

– Ты прав, сейчас переделаем.

– И сочиняй скорей, ты меня уже достал своим вступлением.

Чарлик задумался на пару минут, передвигая на носу очки с объемными линзами, обыгрывая в мозгу смешное название Нового Уренгоя, услышанное им вчера в тюменском аэропорту.

Ну, здравствуй, Новый Уругвай.

Девчата, ноги раздвигай.

Еще чуть-чуть и в гости жди.

Мы пробурили пуп земли.

– Пуп земли уже был, – продолжил недовольно бурчать Сашка.

– Где был, когда был?

– У Высоцкого был.

– Да кто об этом знает? Ты да я, да мы с тобой.

– Да любой мужик в СССР знает.

– Я стихи сочиняю не для мужиков, а для баб. И вообще это устойчивое выражение, все слова у кого-то, где-то были, и девчата, и ноги и раздвигай, – зло высказался Чарлик.

Капустин отвернулся к иллюминатору и прижал ладони к ушам, чтобы не слышать творческих мук товарища. Ему вспомнились умоляющие глаза Наташи и свои слова, что через год он накопит деньжат и тогда они сыграют свадьбу.

В аэропорту Нового Уренгоя стояла тридцатиградусная жара. Заполярный город встречал их июльским зноем единственного по-настоящему летнего месяца в этих краях. После трудоустройства в УБРе друзья отправились заселяться в рабочее общежитие.

– У нас в 302 комнате два мальчика живут, так что мы вас к ним подселим, – сказала им комендант общежития. – Идите к кастелянше, получите постельные принадлежности, и пусть она вас проводит.