Ведьма Маруха

Он отстегнул Алену Геннадьевну, проводил в душ, оделся в костюм и подготовил документы.

– Изучите все хорошенько, – говорил он клиентке на прощание, передавая договор. – Пункт двадцать пятый и тридцать восьмой, в них и кроется вся казуистика. Деньги за скорость не нужны, я пошутил. Если все устроит, в пятницу ждем вас с женихом для подписания брачного договора. До свидания, Алена Геннадьевна, целоваться не будем.

Клиентка покинула квартиру, а Слюсарев вошел в комнату к Колбиной.

– Как тебе кино? – спросил он.

– Возбуждающее.

– Пять тысяч с тебя, за неверие в силу моего обаяния.

– Не преувеличивай, Гоша! Ты взял ее не обаянием, а шантажом!

– Шантаж был, не отрицаю, но совсем малюсенький. Главное в этом деле, Полиночка, напор. Некоторые всю жизнь тратят и не достигают, чтобы отыметь женщину во все дырки. У меня же, как видишь, двадцать минут и дело в шляпе.

Гоша попытался обнять девушку за талию, но та выскользнула из его рук.

– Вон на столе твоя пятера, а я пошла.

– Полина, ты что обиделась? Забери деньги, ты их честно заработала, когда помогала составлять договор после работы.

– Гоша, мы с тобой просто коллеги, – забирая деньги, произнесла Колбина. – Между нами ничего быть не может, никогда. Ты для меня теперь полнейший говнюк!

– Не отрицаю, я подлый, мерзкий тип, но, к сожалению, вы, женщины, таких любите, – сказал Гошан, милейше улыбаясь. – Пока, Полина! – крикнул он через уже закрывшуюся дверь и отправился просматривать записи с камер.

Особенно Слюсарева интересовала съемка из комнаты, где сидела Колбина. Он внимательно рассматривал ее лицо, потом, как она растирала пальцем свое лоно.

– А она та еще штучка, но очень скрытная, – произнес он вслух. – Придется за ней последить.

После этой показательной демонстрации Полина перестала вслух высказывать недоверие в мужской состоятельности Георгия, но разговоры на счет секса между ними не прекращались. Если в офисе не было посетителей, Гошан тут же подсаживался за стол к Колбиной.

– Полина, если бы ты мне отдалась, я бы бросил к твоим ногам все мое достояние.

Так обычно начинались эти диалоги.

– А какое у тебя есть, Гоша, достояние, кроме того, что болтается между ног? – смеялась женщина и тут же сама активно начинала давить на скабрезную тему.

– У меня достоинств масса, но мужское достоинство, ты правильно сказала, самое большое, свисает почти до колена.