Мир льдов. Коралловый остров

Канат выбегал свободно, и гораздо прежде, чем он вышел весь, кит перестал опускаться, и когда канат сделался слабее, его обратно начали стягивать в шлюпку.

Между тем другие шлюпки подъехали к месту действия и ожидали минуты, когда животное опять покажется на поверхности. Наконец оно показалось футах в шестидесяти от шлюпки лейтенанта, где Боззби в качестве гарпунщика стоял уже на носу бота в ожидании кита, готовый вонзить в него железо.

– Дружно, ребята! – закричал лейтенант, когда кит пустил в воздух огромную струю воды.

Лодка прыгнула вперед, и Боззби со всей силой вонзил в него гарпун. Вдруг широкий хвост поднялся в воздух и как балдахин распростерся над головой Боззби. Спасения не было. Быстрый глаз китолова тотчас увидел, что всякая попытка уйти бесполезна. Он стремглав бросился в воду и в следующее мгновение был уже глубоко в волнах. И только что он исчез, как громадный хвост опустился на оставленное им место, отрубив нос шлюпки и подбросив корму вверх с такой силой, что люди, весла, доски и снасти вылетели из шлюпки и очутились над хребтом чудовища в кипящем вокруг него котле пены.

По-видимому, это была картина полнейшего и мгновенного разрушения; несмотря на то, однако же, странно сказать, не погибло ни одного человека. Спустя несколько секунд в белой морской пене стали показываться одна за другой черные головы людей, всплывающих на поверхность воды и силящихся добраться до плавающих весел и обломков разбитой шлюпки.

– Они погибли! – закричал Фред с ужасом.

– Ничуть нет, новичок, они уже почти вне опасности, я уверен в этом, – возразил капитан, когда его шлюпка переплыла место, вспененное китом. – Пускай канат, Эймос Парр, пускай канат, не то шлюпки наши останутся без носов.

– Да, да, сэр, совершенно справедливо, – произнес нараспев Эймос, обливая водой край носа шлюпки, через который с быстротой молнии сбегал канат. – Вся команда лейтенанта цела, сэр, – продолжал он, – я всех пересчитал, когда мы переплыли пену; Боззби вынырнул после всех, отдуваясь, как дельфин.

Это похоже, однако, на чудо, если принять во внимание то, что он нырнул прежде всех.

– Возьми другую связку каната, Эймос, да продолжай отпускать, – сказал капитан.

Гарпунщик повиновался. Скоро и другая связка ушла вслед за китом, а канат все еще был ужасно напряжен, так что валы белой пены, шумевшие вокруг шлюпки и поднимавшиеся до самого края планшира, каждую минуту грозили наполнить шлюпку и заставить ее пойти ко дну.