Флудий & Кузьмич. Юмористическая фантастика

А в соответствии с запасным планом спасения, место первого контакта с вами ровно через месяц в условном месте, до которого я ещё должен был как-то добраться. Но о ремонте «малютки», я тогда малодушно даже не помышлял, ибо понятия не имел с какого бока подкатится к решению этой неразрешимой, как мне тогда казалось, задачи. Однако, выход из интеллектуального тупика, как всегда, нашёлся сам собою…

Но, всё по порядку.

III

– Открыто… – услышал я уже до дрожи знакомый, хлипающий и свистящий низкий тембр утреннего дедушки после минутной паузы в ответ на моё неуверенное постукивание в дверь избы.

– Только пригнись маленько, – кашлянул дед, когда дубовый звон от моего неожиданного контакта с отесанным бревном немного рассеялся в барабанных перепонках.

– Спасибо, что… предупредили, – максимально вежливо поблагодарил я деда, почёсывая тут же вздувшуюся опухоль на лбу именуемую русскими шишкой.

– Значит… приложился? – уловил мой сдержанный сарказм и раздражение дедушка.

– Да, ерунда, до свадьбы заживёт, – хорохорился я, пытаясь тут же разрядить обстановку почёсывая неприятно торчащую на голове выпуклость.

– Не скажи, – нравоучительно захрипел дед, – в позапрошлом годе, Витька, сосед, так с похмелья приложился об этот косяк, что почитай неделю бюллетенил, а медичка наша, Валька, болтала: если бы чуть выше темечком задел, то мог бы и дураком стать…

– Повезло… – машинально ответил я.

– Кому? – искренне удивился дед.

– Витьке… – растерялся я неожиданному вопросу, «ну и мне, наверное» подумал про себя, не решившись сказать о предположении вслух.

– Да какой там… ему хоть кол на голове теши – всё бес толку: в том годе утоп, горемычный… не хватило, ну, и попёрся по весеннему льду в город.

– А чего, извиняюсь, ему не хватило-то? – спросил я, позже глубоко сожалея об этом, ибо лучше б я сего вопроса не задавал.

– А ты ж кто такой будешь: пришлый? – насторожился дедушка, со скрипом приподнимаясь с железной, пружинистой кровати в тёмном углу крыльца.

– Ваша, правда, уважаемый,…из центра я, командировочный… Фёдор Фомич Флудов, вот документы…

Дед, наконец, полностью вышел из тени и предо мной лицом к лицу предстал крепкий, коренастый седой старик с окладистой бородой и колкими изумрудными глазами лет примерно 80-ти или даже больше.