Голконда

Тот сразу воспрял духом, забыл все претензии к Олегу и начал растолковывать ему по-отечески:

– Ну нет, тогда бы его сразу под трибунал. На самом деле Зюзин получал финансирование из-за рубежа.

«Все не то, чем кажется».

– Ты меня слышишь? – нахмурился глава газеты.

– А, да, конечно, – ответил Олег. – Просто была тяжелая ночь.

– Бывает. Увы, без перегибов в нашем деле никуда. Даже у меня бессонница началась, столько мыслей о выборах. Но ничего, через две недели все закончится, и отдохнем. Так вот, на чем я остановился?

– Зюзин получал финансирование из-за рубежа.

– Просто мерзавец.

– А вдруг это его обычные спонсоры, которым пришлось переводить деньги окольным путем? Помните, еще в начале лета всем нашим запретили его финансировать?

Олег сам не понимал, зачем спорит с шефом по такому щепетильному делу. Своей необдуманной фразой он в буквальном смысле пытался защитить врага народа, что никакому здравомыслящему человеку делать было нельзя. Ведь как известно – каждый сам за себя. Закон каменных джунглей.

– Да какая разница, – ответил начальник. – Главное, что он предатель родины, ренегат. Ему перевели деньги из заграницы.

– Ближней или дальней? – поинтересовался Олег, безуспешно пытаясь себя заткнуть.

– Не знаю… Да какая разница? У нас же не осталось друзей. Значит транш априори от вражеской стороны.

– Ваша правда.

Хотелось, чтобы это утро, как и вся работа в газете, поскорее закончилось. Олег уже мог высекать на своем стуле черточки, как Робинзон, в ожидании спасения – окончания разговора в частности и конца выборов в целом.

– Короче, новость эту придержат до завтра. Чтобы прокуратура нашла доказательства. – Начальник сел на край стола, глядя Олегу в глаза. – А до этого мы должны совершить финишный рывок. Написать под это дело статью, которая выйдет одновременно с разоблачением. Я знаю, что ты уже выдохся от этой политической гонки, но соберись и выдай лучший материал для лучшего будущего Пышминска.

– На что делать упор?

– На словосочетании «иностранный агент».

Его даже объяснять не надо. Весь санскритический смысл уже зашит в звучании, – гордо сказал начальник. – К вопросу об универсальных для всех людей понятиях добра и зла. Вот очередной пример. У любого нормального человека эти слова вызовут объективную злость. Потому что мы все воспитаны традициями, которым тысяча лет. Они скрепляют наше общество и помогают в борьбе всего старого, а значит правильного со всем непонятным, а значит плохим.