Гений

VII

Так вот откуда подлинный исток

Страстей и чувств, поэзии начало,

Неповторимый сказочный клубок

Любви и счастья, грусти и печали.

Из слов и снов, доверчиво простых,

Что было древним свойственно, родился

Когда-то первый на планете стих

И мыслью, словно солнцем, озарился.

И может, был не складен он, без рифм,

Изящностью ещё не отличался.

Но в нём таился жизни вечный ритм,

Но в нём порыв людских страстей скрывался.

Весь будущему был он посвящён.

В нём долгий путь к прекрасному таился.

И как в росе зеркальной, мир весь в нём

Не зря однажды ярко отразился

И красотой невиданной проник

В сердца людей на краткое мгновенье.

Хотя не каждый осознал тот миг,

Как новых мыслей светлое рожденье.

VIII

В Египте древнем первые стихи

На камне выбивали, чтоб навечно

Запомнились и страсти, и грехи

Людей разумных и людей беспечных.

Одни в стихах прославлены, других —

Злых, лицемерных, жадных, гордых, чёрствых —

Разит и жжёт, уничтожает стих,

Словно копьём или стрелою острой.

Да, стих врага готов порой пронзить.

Но я люблю стихи иного свойства,

Готовых мир любовью осветить

И оградить людей от беспокойства.

Стих предназначен для любви, добра.

В нём не должно быть места для проклятий.

И всем поэтам уяснить пора,

Что светлый дар на зло не стоит тратить.

Поэт обязан голос поднимать

Во имя справедливости и чести,

Людей от зла и злобы ограждать

И в трудный час народа быть с ним вместе.

IX

Поэты все, известные в веках,

Свои народы защищали рьяно

От злых тиранов, забывая страх.

И многие из них погибли рано,

Успев сиянием своих сердец

Тьму осветить, врагов своих унизить.

Меч или сабля, яд или свинец

Лишили мир немало ярких жизней.

Но не могли тираны зачеркнуть

Из памяти людей поэтов славу.

Их трудный, но великий, яркий путь

Для всех живущих оставался главным,

Ведущим к справедливости, к добру,

В тот мир, который стал бы райским садом.

Писал поэт: «Нет, весь я не умру…»

И был он прав. Бессмертна эта правда.

Тиранов многих стёрлись имена,

Исчезли, словно провалились в бездну.

Но до сих пор приносят счастье нам

Дары поэтов яркого созвездья.

X

И мой поэт был именно таким.

В любви к свободе он не притворялся

И, оставаясь для людей простым,

Народ любя, он искренне терзался

За то, что в рабстве вынуждены жить

Крестьяне Родины его красивой.