Гений

XXIII

Он летний луг и рощу вспоминал,

Где так стройны, светлы, белы берёзы,

Которым он по-детски доверял

Свои мечты, а иногда и слёзы

Злых, горьких, незаслуженных обид

От матери, порою бессердечной.

В сознании своём он сохранит

С природой доброй золотые встречи,

Юсуповского сада уголок,

Скрываясь где, он предавался лени

И чувствовать себя свободно мог,

И избавлялся от чужих сомнений,

И, к песням птиц прислушиваясь, ждал

Сердечных откровений взрыв искристый,

Как будто он язык их понимал,

Крикливый, беспокойный, голосистый.

С земной природой был он с детства слит.

Лес. Поле. Речка. Пруд… его манили,

Учили вольно и открыто жить

И радостные чувства в нём будили.

XXIV

И помнил он ещё о детстве – миг,

Когда в саду Юсуповском гулял он,

Тяжёлый гул земли в него проник,

И сердце вдруг в груди затрепетало,

И он от удивления притих,

Происходящему вокруг внимая.

Над ним пронёсся беспокойный вихрь,

К земле деревья грубо пригибая.

Зашелестели листья, а затем

Земля заколыхалась, зашаталась.

У статуи стоял он, между тем

Вдруг статуя сама к нему прижалась.

Отпрянул от неё в испуге он

И быстро прочь пошёл аллеей сада.

Так в жизни был впервые удивлён

Случившимся, беспечный Александр.

И чувствуя себя нехорошо,

Был возбуждён он этим тем не менее.

Землетрясение произошло —

В Москве весьма редчайшее явленье.

XXV

Двенадцатый лишь год – короткий срок

Для жизни, просыпающейся только,

Но он уже не чувствовать не мог

Разлуки боль.

Она вонзалась в сердце – первый раз

Он покидал родных своих и близких,

Семью, тот круг, где жил легко, резвясь,

Не подвергаясь никакому риску.

Исчезли вдруг все горечи обид,

Которые ещё вчера терзали.

Уже душа, как прежде, не хранит

Наивные и грустные печали.

Уже забыл он поучений смысл,

Родительских премудрых наставлений.

Его ждала совсем иная жизнь,

Живое, бурное, лихое время.

Но, оставляя детство позади,

Не сожалел он об утратах ранних,

Тех милых дней, чьи яркие следы

Готовы скрыться в пелене тумана.

В столицу, в Петербург душа рвалась

Не просто из-за прихоти беспечной.

С ровесниками из иных пространств

России ждёт там Александра встреча.

XXVI

Откуда, кто они, где каждый рос,

Друзьями будут ли все Александру?

Ответить очень трудно на вопрос.

Сначала всем им повстречаться надо.

Таил загадку каждый лицеист.