И были времена. Медина, Английский рыцарь

Рано я унывать начал, всё таки они помнят!

Мой класс решил встретить рассвет на берегу Волги. Время подходило уже к двум часам ночи и день уже стал 22 июня, время так быстротечно и не успеешь моргнуть, как тебе уже стукнет пожилой возраст.

И вот наступает рассвет в 4 утра, и вдруг мы слышим как из громкоговорителей слышен голос: «…сегодня в 4 часа утра без всякого объявления войны германские вооруженные силы атаковали границы Советского Союза…»

Глава 2

Севастопольский фронт

(22 июня 1941 г.

Кто же мог подумать, что вчера в спокойный день, вот-вот совершеннолетние мальчики отправятся на войну.

Узнав о том, что наша страна вступила в войну с фашистами, я и ещё пару десяток одноклассников отправились на фронт.

Я успел заскочить домой и попрощаться с матушкой, меня разрывало изнутри, видя как она плачет, ведь после первой войны она не увидела больше в живых моего отца. Пообещав, что я вернусь живым и здоровым, вскоре отправился к вокзалу, где забирали всех добровольцев.

Спустя несколько дней я прибыл в Севастополь, в одно из горячих точек, так как разведка сообщила, что немцы планировали взять Крым.

Тут же меня направили в конный отряд под командованием Карима Закировича, я быстро с ним подружился, так как мы были с ним похожи от характера до Веры.

Сначала время проходило тихо, без каких-либо серьёзных проблем и стычек. Я чистил копыта своему коню, тренировался на полигоне вместе со своим отрядом. Казалось, что может быть прекраснее белого неба над головой и тишины под ногами, как вдруг 30 октября к берегам Севастополя надвигался флот Германии.

Выполнив свою задачу, немецкие линкоры начали обстреливать город. Мой конный отряд должен был помогать медикам вытаскивать на повозках раненных солдат из под вражеского огня. При выполнении этих задач, я встретил даму из Черкессии, которая помогала раненым из моей повозке, звали ее прекрасным именем Медина.

С Мединой совместным усилием мы спасли жизнь десятерым солдатам. За что мы получили награды за доблесть на фронте. Медина казалась мне очень знакомой, будто я знал её всю жизнь, не это ли-родная душа? Думаю это так, я попросил ее руки по окончанию военных действий и она дала согласие.

Во время перерыва атак я попросился перевести меня ближе к Медине, в помощь медбратам, меня перевели, но не сразу.