«Додж» по имени Аризона

Подхожу – дверца кабины распахнута, а в кабине – винтовка. Стоит себе, к приборной доске прислонена.

Ну, прыгать от радости я при виде ее не стал. Трехлинейка, вещь, конечно, в хозяйстве полезная, но уж больно нерасторопна в современном ближнем бою. Хотя в умелых руках – оружие что надо. Когда я еще в пехоте был, помню, у нас во взводе дед один, сибиряк, с этой винтовкой роту немцев на землю положил. Положил не в смысле на тот свет, а залечь заставил. Всего две обоймы истратил, а цепь залегла.

Как перед пулеметом. А снайпер – так это и вовсе верная смерть для любого, кто из окопа на вершок высунется.

Но автомат мне бы сейчас куда больше пригодился.

Обыскал кабину, еще пять обойм нашел. Ну и мелочи там всякие – кисет с махоркой, инструменты – я их даже трогать не стал – в «Додже» лучше лежат. Лопатку только саперную прихватил, а то большая есть, а маленькой нету.

Полез в кузов, подковырнул лопаткой верх с одного ящика – снаряды. 76-миллиметровые, осколочные.

А в других ящиках бронебойные, фугасы – я уж по маркировке различил.

Черт, думаю, пушку бы еще к этим снарядам. Не из пулемета же ими стрелять. Мне б патронов или гранат.

Хотя, стоп. Чем, думаю, черт не шутит. Вдруг кроме снарядов они ее еще чем-нибудь загрузили. Перелез к кабине, в щель между ящиками просунулся – есть! В самом низу, на днище, два ящика – гранаты, я их сразу узнал, в роту в такой же таре поступали, и еще минимум один ящик с патронами. Насчет него я точно уверен не был, но, похоже, к автоматам.

Я чуть было не взялся эти ящики доставать на радостях. Даже приподнял верхний и опомнился. Ты что, думаю, Малахов, совсем от счастья очумел? Тут взводу на пару часов работы – ящики эти перекидать. И потом, куда ты их сгружать будешь? На землю? Никто, кроме тебя, на эти ящики не позарится, как стояли, так и будут стоять. А я завтра у местных пару подвод мобилизую и народец – на разгрузку.

Походил вокруг полуторки, пооблизывался.

Прикинул, нельзя ли ее «Доджем» выволочь, но раздумал. Тут ведь до дороги – километров семь, да и дорога местная еще та – только что танками не разбита.

Возвратился обратно к «студеру», смотрю – что такое, нигде рыжей не видно. В» Додже» нет, в кабине тоже, в кузов заглянул – и там нет.

– Ау, – зову ее, – прекрасное виденье. Ты куда спряталось?

– Мне идет?

Повернулся – и вот тут-то точно за борт «студера» уцепился. Чтобы не упасть.