Глубокая охота

– И поэтому одеяло у вас, гм, вздымалось, как плащ у графа Гоэмона?

– Что?! Доктор, да вы же видели, я шел, закутавшись в три оборота!

– Не знаю, не знаю, – не отрываясь от тетради, отозвалась Харуми, – я же осталась в рубке, руководить реанимацией лейтенанта Неринг. Кстати, о вашем совместном купании среди экипажа тоже ходят разнообразные слухи.

Стороннему наблюдателю могло бы показаться, что фрегат-капитан тоже всего лишь слегка покраснел. Разве что сжатые до белизны кулаки могли выдать, что фон Хартманн выбешен почти до предела.

Любой из его прежнего экипажа, увидев Ярослава в подобном состоянии, побежал был прятаться как можно дальше и надежнее – например, в торпедный аппарат, хорошенько задраив за собой крышку.

– Слухи, – повторил фрегат-капитан. – Разнообразные. Что ж… согласен, это моя недоработка. Если у команды остается время обсуждать… купание, это значит, уровень боевой подготовки совершенно недостаточен. Придется исправлять.

– Только не говорите, – тут же встала на дыбы докторша, – что вы из мелочно-мстительных соображений решили загонять бедных девочек учебными тревогами.

У них сейчас без того слишком большая нагрузка на организм и особенно психику. Это замкнутое пространство, отсутствие личного укромного места, качка, спертый воздух при погружениях… Предупреждаю, я вам не позволю еще и угробить их беспрерывными тренировками…

Фон Хартманн не на шутку задумался, может ли длительный недотрах вызывать у молодых женщин резкое снижение умственных способностей. О том, что подобный недуг способен молниеносно поразить матросов и даже младших офицеров, Ярослав убеждался неоднократно.

Чаще всего это происходило в процессе чтения протоколов из военной полиции.

Кстати, о чтении… Не без усилия он оторвался от созерцания пуговичек верхней части халата и перевел взгляд на полку с тематической литературой. Часть названий, разумеется, была на латыни, но вот остальные…

– Доктор… – хотя Ярослав перебил Харуми на полуслове, голос его звучал спокойно, скорее даже вкрадчиво, – вы никогда не вырезали себе аппендицит? Самостоятельно, без наркоза и обезболивания?

– Простите… – отложив ручку, доктор удивленно посмотрела на фон Хартманна.

 – Вы это… серьезно спрашиваете?

– Я могу и по-другому сформулировать. Скажите, какой у вас опыт работы военно-морским медиком?

– Не менее странный вопрос, фрегат-капитан! – доктор попыталась возмутиться, но… как-то не очень уверенно и убедительно. – Вы же должны были читать мое личное дело.