Глубокая охота

Триста с лишним человек из девятисот пятидесяти восьми списочного личного состава на борту ВАС-61 «Кайзер-бэй» не имели ровным счётом никакого отношения к военным структурам. Ну или хотя бы флоту.

Потёртому жизнью полуседому – соль и перец – мужику в фуражке береговой охраны и с ветеранскими плашками конного артиллериста за позапрошлую войну капитан улыбнулся почти как родному. Всё-таки первый настоящий офицер… командир батареи охраны плавучего аэродрома. Не частник – и на том уже спасибо.

Вопрос, насколько человек самую малость помоложе адмирала Такэхито соответствует нуждам современной войны, крайне занимал капитана Такэду.

Комбат Скотт Петерсон давно разменял пятый десяток. Именно ему предстояло отвечать за главный башенный калибр в бою. Четыре башни спаренных восьмидюймовок – это всего лишь на одну пушку меньше, чем нёс в бой прошлый корабль Такэды.

Зачем авианесущему борту главный калибр, Айвену Ивановичу Такэде прекрасно объяснил его прошлый опыт беспомощного пассажира в линейном сражении.

Битые сутки яростной, на прогар лейнеров стволов перестрелки с имперскими крейсерами сопровождения закончились тем, что «Музыканта» и его прикрытие размолотили в хлам. Только героизм команд эсминцев дымопостановки помог кораблям на ходу дожить к ночи.

Следующими почти одновременно явились главной рабочей смены навигатор и радионавигационного лётного центра дипломированный квазиесаул. Оба почти ровесники свежеиспечённого капитана. Оба, разумеется, младше.

Только вот навигатор Харальд Бьорн Катори честно отзубрил своё в Академии флота, повышение заработал в первый год войны, а вперёд и вверх шёл не сильно медленнее самого Такэды. Квазиесаул же Збых Кащенюк военный диплом свой по большому счёту получил авансом, в Нуэво-Рижском электротехническом, лавочке хоть и уважаемой, но скороспелой, коммерческой и гражданской. В довоенные годы и на хорунжего с таким багажом представление написать брезговали.

Увы, война брала своё.

Экипажи упрямо молодели.

К счастью, не целиком. Набмех борта, солёный морской волк, пришёл на «Кайзер-бэй» после четверти века на торговом флоте. Для набольшего головы механиков ВАС-61 «Кайзер-бэй» Леона Дуллахана не поменялись ни суть работы, ни даже рабочее место. Последние лет десять перед войной он ходил по морю на совершенно таких же коробках с четырьмя котлами и пятицилиндровыми возвратно-поступательными движками Мюнхгаузена.