Раскрутка

Ну, я прикинул величину рисунка. У нас величина рисунка и, соответственно, цена наколки исчисляется пачками сигарет. Одна пачка по моим расценкам – триста американских колов. Его наколка тянула пачек на двенадцать-тринадцать, почти во всю спину. Я назвал ему цену, он сказал, что нет проблем. Перцев отслюнявил задаток – пять сотен. И я отправил его к Роме. И все.

– Что значит: и все?

– Клиент больше не появился. Ему назначили день и час, а он не пришел. Это ведь непростая процедура, болезненная и продолжительная.

Долгая канитель делать такую наколку по заказу, мастеру надо серьезно готовиться. А Перцев даже не позвонил. Как в воду канул. Ну, пятьсот баксов ему улыбнулись. У нас так: не пришел вовремя – бабки пропали.

– Можно пошептаться с Ромой?

– Я его турнул пару месяцев назад, – ответил Кулик. – Во-первых, он кадр ненадежный, выпивающий. Во-вторых, на руку не сдержан. Клиент ему что-то сказал не по теме. А Рома развербанил человеку рыло и вышвырнул его в окно. Хорошо падать невысоко – первый этаж.

Я полдня извинялся. Рома вылетел отсюда следом, как пробка из бутылки. Мне по барабану, что он крутой мастер.

Кулик накорябал на отрывном листке адрес и телефон:

– Только вы поосторожнее, когда пойдете к нему в гости. От этого придурка жди только одного – неприятностей.

– А мне по жизни ничего, кроме неприятностей, и так не достается.

Девяткин сунул бумажку в нагрудный карман и с чувством тряхнул руку хозяина салона. Во время прощального дружеского рукопожатия Кулику показалось, что его ладонь прищемили дверью.

* * *

В кафе «Лукоморье» Дунаева приехала на полчаса раньше назначенного времени, она заняла столик у окна. Не снимая солнечных очков, закрывающих пол-лица, по диагонали просмотрела меню и выпила большую чашку кофе. Через витрину были видны разогретый солнцем тротуар и редкие прохожие, плывущие в знойном мареве. Народу в этот будний день в кафе было немного. Группа девушек и парней сидела у стойки бара, пробавляясь фруктовыми коктейлями. За столиками – в основном женщины, заворачивающие сюда, чтобы полакомиться свежими пирожными и кофе со взбитыми сливками.

Пахло корицей и горячим шоколадом, на большом плазменном экране, укрепленном на противоположной стене, крутили короткометражные мультфильмы.

Сына привели, как договаривались, ровно в половине первого. Худой долговязый мужчина приоткрыл дверь, и порог переступил худенький, коротко стриженный мальчишка в бейсболке, майке, выгоревшей на солнце, и синих шортах.