Любовные письма великих людей. Соотечественники

Мортиры морские пятипудовые, с медными платформами, посылают бомбы на четыре версты, а всего лучше, положа надежду на Христа Спасителя, идти прямо.

Как слабость пройдет, отправлю курьера с подробным описанием неприятельского положения.

Пока жив, вернейший и благодарнейший подданный князь Потемкин Таврический.

Корнета моего[1 - Здесь говорится о Платоне Александровиче Зубове.] я паче и паче люблю за его вам угодность; о брате его я все приложу попечение сделать его годным в военном звании, в котором проведу чрез все наши мытарства; не упущу ничего к его добру, а баловать не буду.

Г. Р. Державин

(1743–1816)

Миленушка, душа моя, я сегодня к тебе не буду… Завтра увижу тебя, моего друга, и расцелую.

Русский поэт эпохи Просвещения, государственный деятель, Гаврила Романович Державин родился в городе Казани. Литературная и общественная известность пришла к Гавриле Державину в 1782 г., после написания оды «Фелица», которая восхваляла императрицу Екатерину II.

В 1795 г. на Державина неожиданно обрушивается горе, умирает его первая, горячо любимая жена. Через полгода после ее смерти Гаврила женится вновь, на Дарье Алексеевне Дьяковой. Как признается сам поэт, «не по любви, а чтобы, оставшись вдовцом, не сделаться распутным». Однако письма невесте полны теплой заботы и нежности.

До конца жизни супруги прожили душа в душу и были похоронены рядом, близ Варлаамо-Хутынского монастыря в Великом Новгороде.

Г. Р. Державин – невесте

(Приведенное письмо относится к 1794–1795 гг.

Извини меня, мой милый друг, что тебя сегодня не увижу. К обеду не мог быть для того, что нужда была быть у Васильева, а ввечеру кое-кто заахали, а между тем признаюсь, что готова баня, то уже не попаду к вам. Между тем целую тебя в мыслях и кланяюсь всем, а более матушке Вашей. Завтра где Вас найду, прошу уведомить; но не буду прежде, как после обеда, ибо Арбенев приехал и хотел завтра ко мне обедать.

Каково ты, мой милый и сердечный друг, почивала? Я думаю, обеспокоена вчерашним вздором. Плюнь, матушка, на враки: довольно, – я твой. Возвращаю братца твоего письмо. Я еду к Арбеневу поутру сам хлопотать за твоего Поздеена и за Марьи Алексеевны Беклемишева. То ли вам не честь, что скачет по вашим комиссиям сенатор? Поеду в сенат. Не знаю, где обедаю; но только у вас буду. Будь, мой друг, спокойна.