Черный бумер

Гуревич, положив документ перед собой, перевернул страничку, сличив фотографию с личностью мужика в костюме, записал фамилию и адрес посетителя на четвертинке тетрадного листка: Фомин Евгений Юрьевич, сорок семь лет, москвич.

– У нас тут небольшая заварушка ночью случилась, – сказал Гуревич. – Есть подозрение, что скот украли и забили. Парни что-то видели, что-то слышали. Сейчас выясняем, что конкретно произошло. А вы чей дядя? Бобрика?

– Совершенно верно, Бобрика, – мужик рассеяно кивнул и опустил паспорт во внутренний карман пиджака.

 – Можно взглянуть на это заявление?

– Не положено, – помотал головой прапор. – То есть, не я этот вопрос решаю. Начальник отделения.

– А с начальством можно поговорить?

– Пока я один, сам жду капитана. Он сейчас в районе, обещал вернуться вечером. И до сих пор нет. Ждите, вон там у окна присаживайтесь.

– Может быть, мой племянник что натворил? – дядя не подумал присесть. – Вы скажите сразу.

– Нет, ничего такого. Парни написали заявление, которое мы проверяем.

– Племянник немного с чудинкой, – сказал дядя. – Не то чтобы у него совсем башка на сторону съехала, но заскоки случаются. И ведет себя странно: загулы, травка, ночует не поймешь где. Я уже не первый раз разыскиваю его по городам и весям. Даже не знаю, как ему водительские права выдали. И друзья у него такие же, со сдвигом. Короче, его заявлениям я бы не стал верить.

– Вот как? Он что, на учете стоит?

Прапор подавил вздох облегчения. Вот все и разъяснилось. Парень с приветом, видимо, с большим приветом, душевно больной человек.

Отсюда все эти страшные фантазии, пытки, кровь и трупы. Неожиданно души коснулось чувство тревоги, близкой опасности. С какой стати эти московские гости явились сюда, откуда они там в Москве узнали, что племянник появлялся именно в их поселке. Ведь Бобрик и Гудков утверждали, что оказались здесь случайно, поездом. Остановились и поужинали в первом попавшемся месте, когда почувствовали усталость. Мысли пронеслись в голове, как ураган, и запутались. В конце концов, прапорщик здесь не начальник. Вот приедет Зубков, задаст гостям вопросы и получит ответы.

– Лечим его частным образом, – вздохнул Фомин. – Столько денег извели, но толку немного. Врачи обдирают его мать как липку, вешают на уши лапшу и пичкают парня транквилизаторами. Так можно краем глаза взглянуть на это заявление?

– Гражданин, я ведь уже все объяснил. Ваши вопросы не ко мне. Если есть время, подождите капитана.