Амнистия

«Ну, может, в Москве увидимся», – ответил Тарасов. Он не выглядел счастливым, он, видимо, тоже вынашивал тщеславные планы. Иного свойства планы.

Интересно, какие именно?

«Во время нашей последней встречи Тарасов выглядел угнетенным, по моему мнению, он не в ладах с самим собой», – написал Локтев и поставил точку.

* * * *

– Немного же вы вспомнили.

Руденко прочитал и отодвинул от себя исписанную до половины страницу.

– Я постараюсь вспомнить больше, – ответил Локтев. – Дома посижу и вспомню.

Руденко хмыкнул и неопределенно пожал плечами.

– Я найду для Вас Тарасова, – сказал Локтев. – Но это будет мое первое и последнее, так сказать, дело. Договорились?

– Сперва найдите, тогда поговорим.

– Мне нужны гарантии.

– А я не представитель страховой кампании, чтобы давать какие-то сраные гарантии, – Руденко начинал злиться. – Тарасова МУР не может найти, а вы говорите: – я найду. Вы переоцениваете свои скромные таланты. Идите домой, соберитесь с мыслями и напишите все, что знаете. Как только закончите свой опус, звоните мне, но по телефону не называйте своего имени. Теперь у вас есть только псевдоним: Кактус. Встретимся вот в этой закусочной. Тихое место в центре.

– Так Вы обещаете, что в случае успеха отпустите меня с Богом? – упорствовал Локтев.

– Вы ещё ничем не помогли следствию, ничего не сделали, а уже начинаете торговаться, уже выдрючиваетесь, – Руденко поморщился, как от кислого. – Сперва докажите, что Вы хоть на что-то способны. Только самостоятельно вы ни хрена не сможете сделать. Ваш друг сильно изменился за то время, что Вы с ним не виделись. Из провинциального актеришки он превратился в отпетого бандита и убийцу. Если он только узнает, что Вы его ищете… Если только узнает, Вы проклянете тот день, когда вылезли из материнской утробы.

На отрывном листке Руденко написал адрес шашлычной, передал бумагу Локтеву.

Глава седьмая

Едва загорелся зеленый свет светофора, Локтев рванул машину с места. Выбирая ближнюю дорогу к трем вокзалам, свернул в первый же переулок, хотел прибавить газу, но тут заметил мужчину в клетчатой рубашке и мятых брюках.