Хроники Стихий: Пьянящий аромат крови

И вот настал момент истины. Мое первое задание в поле, так сказать. Цель довольно посредственный вампиреныш, немногим старше меня. Но он был по минимуму обучен, и поэтому раньше уходил от погони, словно лис от гончих. Но вот он навесил заклятие зова заранее, и этот момент засекли ищейки, а мне доверили его найти. Ради этого мне даже было дано временное звание воина-охотника. Все-таки Хозяин Натан был на Земле главой воинов-охотников со стороны Тьмы и имел на это все права.

Тускло трепещущая лента Зова привела в очередной тупик между заборами у завода.

– Стоять на месте! Я представитель воинов-охотников этого города, и ты обвиняешься в незаконной охоте на людей. – я решил сразу взять инициативу в свои руки и не дал ему даже опомниться.

Судя по тому, как он метнулся в мою сторону трансформируя тело в "боевое" состояние, он выбрал "или же". Но на его беду, Хозяин Натан, гонял меня именно в человеческом теле, а не боевом. И поэтому базовые навыки были у меня выше, чем у него в трансформе. Даже в ней он не очень впечатлял. Да, мышечная масса выше, появились когти на руках, трансформировались глаза, став желтыми, как и у меня. Прошли метаморфозу и зубы, теперь их было 52, и все они представляли собой треугольные, острые орудия предназначенные, для разрывания плоти.

Я остановил его порыв "двоечкой" в зубы и печень, причем оба удара нанес почти одновременно. Он кувыркнулся в воздухе и шмякнулся на землю как мешок с песком. Не убьет, но оглушит, благо у вампиров болевой порог выше, да регенерация просто зверская, даже у низших. В свое время мне дико повезло, что я смог с голыми руками прикончить вампиршу будучи простым человеком.

–Ну вот дружок, теперь тебе на тебя еще повесят сопротивление представителю воинов-охотников. Зря ты так…

Он начал подниматься на сгибающихся руках при это не переставая рычать, словно дикий зверь. Я хорошенько пнул его под ребра, заставив подлететь в воздух почти на метр. Он приземлился плашмя на разбитый асфальт, и распластался по земле. Но на этот раз я не дал ему подняться, или даже попытаться это сделать.