Новогоднее чудо

– Между прочим, я читал Канта в оригинале.

– Вот как? – поднял бровь Кирилл.

– Йа, йа!

– А мне больше Гегель нравится, – сказала Алина. Она даже удивилась своей инициативе. Обычно в компаниях она молчала, если ее не спрашивала, а тут… Что вдруг на нее нашло? Коля же поднял брови и вытянул губы, превращая рот в перевернутую подкову.

– Наконец хоть кто–то образованный!

– Правда из немецких авторов мне больше всех нравится Кафка.

– О, теперь ты заговорила на моем языке, – повернулся к ней Кирилл.

– «Процесс» – мой любимый роман.

– Полностью согласен.

– Так, а ну–ка не отвлекайтесь, – Настя внимательно смотрела на руку Алины. – У нас есть победитель!

Девушка удивленно опустила глаза и увидела кулак. Надо же.

– Чемпионке нужно выпить!

Кирилл подлил Алине пунш, и та взяла стакан.

– Пей! Пей! Пей! – скандировали ребята, пока девушка залпом пила пунш. Пузырьки щекотали горло, а голова немного закружилась.

– Е–е–е–е! – Настя захлопала, когда Алина поставила пустой стакан на стол.

 – Блин, я что–то проголодалась. Давайте закажем пиццу?

– Удачи с этим, – усмехнулся Коля. – Ты забыла, что я не «Папа Джонс», а Катя не ест в «Додо пицце»?

– А что насчет «Лил чиза»? – задумчиво спросила Алина.

– Кого–чего? – переспросил Коля.

– Очень классная пиццерия. О ней мало кто знает, но она дешевая и очень вкусная. Правда, я там давно не ела.

– Давайте оттуда, – пожал плечами парень, доставая телефон. – Как еще раз?

Пока ребята ждали пиццу, Катя рассказала Алине, как играть в настолку, которая все ждала своего часа на столе, а Настя поставила музыку.

Играть так и не стали, все начали петь и танцевать. Глядя, как неумело извивается Коля, фальшивят девочки и Кирилл, Алина только рассмеялась и быстро влилась в трио, превратив его в квартет.

Когда привезли ужин, девушка взяла кусочек своей любимой пиццы – овощной с пепперони. Она казалась даже вкусней, чем раньше.

– М–м–м–м, боже, как вкусно, – прочавкала Алина.

Давно забытая радость плясала на языке.

– Теперь это моя любимая пицца, потрясающе, – покачал головой Коля, уминая кусок.

– Согласна, – Катя боролась с сыром.

– Угу, – Настя не отвлекалась на разговоры, а продолжала вгрызаться в тесто.

– Стойте! – Кирилл замер и округлил глаза. – А сколько времени?

Коля лениво посмотрел на часы и тоже замер.

– Твои ж макаронины! Двадцать восемь минут первого!

Все прекратили есть. Они пропустили Новый год.