Кавказ. Выпуск XXVII. Сказки кабардинского народа

Задрожала земля вокруг. Вот уже поднял великан Сильнорукого, чтобы бросить на землю, а Чудодей не зевает – вдохнул он силу иныжа в тело Сильнорукого, а слабость его – в иныжа. Подогнулись у великана ноги. Тут Сильнорукий поднял его над головою и кинул на землю так, что разломилось страшилище на куски.

А царь сидит и наливается злобой. Но промолчал – велел начинать бега.

Выступил вперед длинноногий бегун великанов – в руках две бутылки держит. Стал рядом с ним Скороход. Должны были они добежать до места, где заходит солнце, и возвратиться назад.

Одна из бутылок, которую держал великан, пьяной махсымой наполнена, а другая – водой. Разгадал я злой умысел: как добегут они до поворота, так отдыхать будут, – иныж воды напьется, а Скорохода махсымой напоит. Отяжелеет голова у нашего друга, ослабеют ноги и отстанет он от иныжа.

Глянул охотник в ту сторону и увидел, что Скороход положил под голову пустую бутылку из-под махсымы и спит себе крепко, а бегун великанов уже близко: третью часть обратного пути осталось ему пробежать.

Вскинул меткий стрелок ружье и выстрелил в бутылку, которая под головой у Скорохода лежала. Разбила ее пуля со звоном. Встрепенулся Скороход, оглянулся кругом и понял, в чем дело. Сбросил он с ремня абра-камень и помчался стрелой. Бежал, бежал – а соперника нигде не видно. Тогда отстегнул от пояса вторую ногу и полетел быстрее ветра.

Удивился запыхавшийся великан, прибежав последним:

Как это ты обогнал? Я не видел тебя.

И я тебя тоже не видел, – засмеялся Скороход.

У царя иныжей лицо позеленело от злости, но промолчал он опять и велел продолжать состязание.

Вернулись все в медную гостиную. Посадили за стол иныжа и Водохлеба. Положили перед ними на огромных подносах два вареных вола, целые горы пасты и по бочонку бульона.

Все в один миг соперники проглотили.

Принесите им по паре буйволов, две подводы пасты и по два бочонка бульона! – крикнул царь.

Заволновались Куйцук и его друзья: разве осилит Водохлеб столько?

Положили на стол буйволов, пасту, поставили по два бочонка бульона.

Обжора-великан едва успел съесть одного буйвола и запить бочкой бульона, а Водохлеб свое все проглотил и у великана подобрал остатки.

Царь иныжей ушел, не говоря ни слова.