Кавказцы или Подвиги и жизнь замечательных лиц, действовавших на Кавказе. Книга I, том 1-2

Он отдавал всю справедливость начальникам за добрую распорядительность, похваляя отличную храбрость нижних чинов, изъявлял надежду, что при будущих случаях они также явят себя достойными тех милостей и попечений о них Государя Императора, какия Его Величество оказывать изволит, и что его дело будет – рекомендовать отличившихся.

Сражение продолжалось с 11 часов утра до 6 вечера; причем убито с нашей стороны: есаул 1, пятидесятник 1, егерь 1, драгунов и казаков 14; ранено 21 чел. Со стороны неприятеля убито множество.

Из частных дел отдельных лиц заметим, что драгун Кривошеин, из старых астраханцев, в единоборстве убил славнаго наездника-узденя и овладел его оружием, но лошадь из-под убитаго, бегая по полю, попала в руки таганрогских охотников, и их офицер завладел ею. Кривошеин требовал ее себе, по праву победителя, но чтобы не заводить с чужим полком вздора, Григорий Иванович пожаловал ему из экстраординарной суммы 15 червонцев и произвел в унтер-офицеры.

На другой день после этого дела, когда кабардинцы увидели, что русские снова готовы идти на них, то прислали письмо, в котором просили пощады, уверяя присягою и всем, что считали по своей вере святым, что раскаиваются в своих злодеениях, обещали быть верноподданными Государю Императору и избрать и учредить все, что надобно. «К этому принуждены они были, – прибавляет Глазенап[12 - Там же, стр. 415.], – не увещаниями, которые на них никакого влияния не делают, а военною рукою».

18-го числа Глазенап обязал выбранных судей присягою, а прочих клятвенным обещанием в том, что будут неизменно верноподданными России и все повеления исполнять. Усмиря их таким образом, Глазенап, 22-го числа, воротился благополучно в наши границы.

При этом двукратном поражении кабардинцев, Государь Император, находя распоряжения Глазенапа деетельными и благоразумными, – как выражено в Формулярном о службе его списке, – в Высочайшем рескрипте от 21-го июля 1804 года изволил изъявить Григорию Ивановичу совершенное Свое удовольствие; а вслед за тем, 23-го августа, за усмирение кабардинцев, которых, – опять по выражению послужнаго списка, – искусным распоряжением привел он в надлежащее повиновеиие и восстановил у них вновь выбор родовых судей и, в частности, за подвиги в сражении 14-го мая, он Всемилостивейше пожалован орденом Св.